Галактика

Сознание Современного Человека
Текущее время: 20 ноя 2018, 19:36

Часовой пояс: UTC + 3 часа




Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 39 ]  На страницу Пред.  1, 2, 3  След.
Автор Сообщение
 Заголовок сообщения: Re: TERRA INCOGNITA
СообщениеДобавлено: 15 фев 2011, 13:55 
Администратор
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 12 июн 2009, 00:05
Сообщения: 12173
Инженерные навыки ле Плонжона позволили индейцам поднять двухтонный монолит на поверхность из подземного укрытия, пользуясь лишь канатами, сплетенными из лиан, и стволами деревьев. Находка доказала, что ле Плонжон правильно интерпретировал надпись майя. Ничто не могло лишить его этой победы даже после того, как статуя Чакмула была конфискована местными властями в Мериде. Вскоре после завершения раскопок к берегу подошел корабль мексиканского военноморского флота с угрозой подвергнуть древний город бомбардировке, если статуя не будет немедленно передана капитану. Монумент перенесли на борт и впоследствии выставили на всеобщее обозрение в городе Мехико, где его можно видеть до сих пор.

К сожалению, ле Плонжон не дожил до признания и подтверждения своих работ в конце XX века. Он был первым исследователем, установившим, что руины Эль-Караколь в Чичен-Итце служили астрономической обсерваторией. Рассчитал, что древние майя делили окружность на 400 частей. Его точный перевод майяского слова, обозначающего змею (чан), имел весьма важное значение, майя называли окружность чан-бак, что еще означало «змея, свернутая в круг», и число 400. Такая же символика присутствует в старинном европейском символе уробороса — змеи, кусающей собственный хвост и символизирующей вечную жизнь.

Эти откровения во многом определили астрономический и духовный смысл архитектуры майя. Ле Плонжон, изучивший пирамиды Юкатана, установил, что высота многих из них 21 метр, их вертикальная плоскость пересекалась полуокружностью, диаметр которой соответствовал их наземному периметру. Он был поражен, когда после неоднократных измерений выяснилось, что, по крайней мере, в некоторых пирамидах майя были зашифрованы параметры Земли. «Его пророческое предсказание оказалось верным и в этом случае», — замечает Питер Томпкинс, автор популярной серии «Тайны мексиканских пирамид».

Ле Плонжон утверждал, что при изучении иероглифов майя он неоднократно сталкивался со словом «Му». По его мнению, оно каким-то образом связано с историей о могущественном островном царстве, бывшем в центре Атлантического океана и уничтоженном природной катастрофой. Черчвард был потрясен этим открытием, но разочарован упоминанием об Атлантическом океане. Казалось, речь идет скорее о платоновской Атлантиде, чем о тихоокеанской прародине, о которой ему довелось узнать в Индии. Не покидала уверенность, что название правильное, но относится к другому месту. Тем не менее Черчвард и ле Плонжон стали близкими друзьями, последний был рад найти человека, высоко ценившего его работу.

Черчвард, которому не терпелось возобновить поиски Му, по-прежнему страдал от недостатка средств и решил как-то увеличить свой доход для продолжения исследований. Узнав, что его брат проводит эксперименты по созданию закаленной стали, Джеймс присоединился к нему в надежде преуспеть там, где Альберт потерпел неудачу, и заработать состояние для них обоих. Сначала это казалось несбыточной мечтой хотя бы потому, что полковник не обладал специальными познаниями в области металлургии, тем не менее он несколько лет проработал в железнодорожной компании, где изучил различные свойства стали и сам стал опытным инженером. Несмотря на это, его разработка превосходного, достаточно дешевого никель-хром-ванадиевого сплава в 1907 г. кажется невероятной.

Сплав оказал настолько большое влияние на металлургическую индустрию, что патент Черчварда был украден конкурентами. Подрядчики из ВМФ США намеревались поддерживать высокую цену производства стали; внедрение сплава угрожало значительно снизить их сверхприбыли. Автор привлек воров к ответу и отсудил 275 000 долларов у корпорации Carnegie Steel в 1910 г., а 5 лет спустя вчинил иск на 1 000 000 долларов Bethlehem Steel. Корпоративные юристы нашли лазейки в законе и оставили ему лишь 135 000 долларов, но в начале XX века даже такая сумма была огромной. Он купил поместье с 10 акрами земли в Лейквуде, штат Коннектикут, и приступил к систематизации своих 50-летних исследований. Результатом стала книга «Утраченный континент Му», изданная в 1926 г., когда Черчварду было 73 года. Это был бестселлер, сотни тысяч экземпляров продавались мгновенно. Первые обзоры в авторитетных изданиях New York Times и Seattle Post-Intelligencer были полны похвал.

Но радость была омрачена, когда ученые стали выступать с резкими критическими замечаниями в адрес главного недостатка книги — в ней не были указаны источники смелых предположений, а высокомерный стиль лишь усугублял впечатление необоснованности притязаний автора. «Самый надежный способ уничтожить гипотезу — догматическое наступление на нее, — пишет известный знаток мифологии Льюис Спенс, обращаясь к истории жизни полковника в собственной книге о Лемурии. — Нетерпимость к чужим взглядам легко маскируется под личиной искренней убежденности». Известный антрополог Эджертон Сайке, надеявшийся получить достоверную информацию о Лемурии, был разочарован, считал книгу недостоверной и слишком конфронтационной. Консервативные геологи и археологи вполне предсказуемо высказали более жесткую критику, обвинив исследователя в безапелляционном вторжении в твердыни их собственных академических дисциплин.

«Одна из главных причин критики в адрес Черчварда заключалась в том, что он не мог предоставить ни фотографии табличек Наакалей, ни сами таблички и отказывался назвать храм, где видел их, — пишет флоридский атлантолог Кеннет Кароли. — Но, во-первых, таблички не принадлежали ему, поэтому он не мог показать их. Во-вторых, официально считалось, что он не видел их, поэтому храмовые жрецы не могли выступить в его защиту. Через полвека после описываемых событий, коi да Черчвард писал свою книгу, его преклонных лет на-ставник-риши давно умер. В-третьих, таблички предположительно были украдены из Бирмы и сведения об их местонахождении могли причинить вред. В Индии таблички хранились в индуистском храме, но сами по себе, вероятно, были буддистскими или считались таковыми, а потому были запретными для индуистов».

Не обращая внимания на шквал критики, Черчвард опубликовал книгу «Дети Му» в 1931 г., за которой последовали «Священные символы Му» в 1933 г. и, наконец, двухтомник «Космические силы Му» в 1934 г. Несмотря на то, что каждая книга была менее правдоподобной и более фантастической, чем предыдущая, он стал знаменитостью в определенных кругах: давал интервью на радио, читал лекции о «затерянном континенте». И умер в 1936 г. на 84-м году жизни, совершая лекционное турне перед презентацией своей книги в Лос-Анджелесе. Черчвард похоронен на кладбище Кен-сико в Нью-Йорке. Незадолго до смерти он работал над книгой «Следы Му в Америке», которая осталась незавершенной; текст пропал вскоре после его кончины. Еще один забытый труд, опубликованный лишь спустя 50 лет, назывался «Книги золотого века». Этот рукописный манускрипт, изготовленный с большим изяществом, предназначался для его родственника и приемного сына Говарда Уильяма Керси.

Если бы Черчвард писал о своем обучении в индуистском храме и о путешествиях по всему миру не столь напыщенно, его книги были бы гораздо более читаемыми и достойными доверия. На самом деле, это путаница нелепых геологических теорий, безосновательных утверждений и неубедительных выводов, почти неразличимых в массе народных преданий, утраченных, но, вероятно, подлинных документов и достоверных археологических находок. Книга «Утраченный континент Му» и ее продолжение, судя по всему, стали результатом знакомства Черчварда с подлинным историческим текстом, который он пытался объяснить в терминах современной науки. Его теория о том, что нестабильные подводные «газовые пояса» привели к уничтожению тихоокеанского континента, никак не согласуется с геологической реальностью. Океанология, с тех пор достигшая огромного прогресса, убедительно доказала невозможность существования материковой суши в доисторический период в центральном и южном Тихоокеанском регионе.

Это не значит, что гипотеза о существовании Му лишена каких-либо геологических оснований. Сравнительно небольшой континентальный остров действительно существовал в Южно-Китайском море, пока не исчез в результате потопа около 7000 лет назад, когда люди определенно могли населять его. По всему Тихому океану острова и целые архипелаги поднимались над водой и погружались в море даже в современную эпоху. Остров Дэвиса в окрестностях широко известного острова Пасхи был открыт и нанесен на карту в середине XVIII века. Уже в следующем столетии он исчез бесследно. Хотя аргументы Черчварда о существовании затонувшего континента в Тихом океане выглядят сомнительно, множество затонувших островов, архипелагов и даже фрагмент континентальной суши — достаточно правдоподобные кандидаты на звания «затерянного царства». Его карта с указанием границ погибшего континента имеет странное сходство с так называемым «большим подъемом», по определению геологов. Это огромный регион мелководных морских глубин с вулканами, подводными горами и сейсмической активностью, начинающийся у Восточно-Тихоокеанского поднятия. Его ось направлена на запад и проходит через большую часть центрального Тихого океана.

Полковник написал много чепухи о наскальной живописи с изображением динозавров в Аризоне, табличках Наакалей в Мексике и других невероятных вещах. Он также пытался представить буддийские, индуистские или ацтекские произведения искусства последних нескольких столетий как подлинные лемурийские тысячелетней древности. Главное место среди них занимает фотография бронзовой сидящей фигуры, которую он назвал статуей правителя Му, созданной 18 000 лет назад. Фактически это один из 21 «аспекта» Будды, датируемый XIII веком н. э., а возможно, гораздо более поздний. В отличие от измышлений Черчварда о «получении человеческой души от Творца», левая рука статуи изображает абхаю — ритуальный жест бесстрашия, правая — клятву о познании высшей истины.

Но под наслоениями всех этих искажений, вымыслов и преувеличений находится фундамент основополагающей темы, для которой более разборчивые исследователи продолжают искать лучшие доказательства. Коллекция материалов ле Плонжона, унаследованная Черчвар-дом после смерти его друга в 1908 г., имеет огромное значение. Ее элементы подтверждаются многочисленными примерами из других мест, о которых говорилось ранее. Гипотеза Черчварда похожа на скелет, обрастающий плотью взаимосвязанных доказательств. Она объединяет тысячи фактов в одно различимое целое, которое продолжает расти благодаря новым находкам. Мы можем отбросить три четверти его утверждений, но оставшаяся четверть показывает, что он действительно имел доступ к записям о давно утраченной прародине.

Читатели могут полагаться лишь на слова автора о содержании храмовых табличек, предположительно изученных в Индии. Несмотря на недостатки и неудачи, Черчвард привел в движение первое серьезное исследование по затерянной тихоокеанской цивилизации, дальнейшие поиски подтвердили многие его выводы.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: TERRA INCOGNITA
СообщениеДобавлено: 17 фев 2011, 12:30 
Администратор
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 12 июн 2009, 00:05
Сообщения: 12173
ГЛАВА ШЕСТАЯ

САД ЭДЕМА?






Более пятидесяти лет я охочусь за этими фрагментами и складываю их вместе, чтобы получить хотя бы начало связной истории о Сотворении Человека. Те, кто придет за мной, завершат ее.

Полковник Джеймс Черчвард





Джеймс Черчвард считал, что древние таблички, которые он видел и перевел в Индии в 1870 году, были созданы «святым жреческим братством Наакалей, отправленным из Прародины в ее колонии, чтобы учить людей священным писаниям, религии и науке. В каждой стране Наакали основали центры для обучения жреческому делу, религии и наукам. Жрецы, прошедшие обучение, в свою очередь учили других людей». Так он объясняет сохранение лемурийских табличек в индуистском храме.

Тексты были снабжены несколькими рисунками, частично представлявшими символику этой высокоразвитой цивилизации до ее исчезновения. Главный символ — сложная композиция, по мнению Черчварда, «пришествие человека в Землю Му». Она включила букву may, или заглавное Т, увенчанное цветущим лотосом, обрамленным с обеих сторон его бутонами. Слева от Т — олень, словно готовящийся к прыжку. Лотос — знак просветления души, как в современном буддизме, бутоны — духовного и материального изобилия. Буква Т — само царство Му, поднимающееся среди океана. Рождение человека и его происхождение символизировал олень, «готовый к прыжку в жизнь».

Хотя Черчвард не ссылался ни на какие источники, кроме собственной интерпретации этого символа may, он тем не менее появляется в разных культурах, подвергавшихся лемурийскому влиянию. Т-образный жезл вождя и высшего жреца на Маркизских островах во Французской Полинезии, например, известный как Крест Бога, сообщила Лейнани Мелвилл, использовался «во время государственных церемоний или религиозных процессий при проведении храмовых ритуалов. Жезл вырезался из цельного куска твердого дерева, тщательного выбираемого высшим жрецом, который впоследствии благословлял его. Обычно он былов 2— 4 фута в длину, от 2—3 дюйма в ширину, толщина 1 — 2 дюйма». Наряду с прочими функциями крест символизировал собственное Древо Жизни гавайцев, которое они называли Пука-тала.

В маорийском варианте — похутакава - священное дерево, растущее в центре затонувшего дворца Лиму, откуда, отмечал Кнапперт, «души погружаются в расщелину, которая ведет под дном моря в страну духов». В гавайских и маорийских преданиях земля, где росло это дерево, описывалась как райское место возникновения человечества, откуда люди распространились по всему миру. Они не были изгнаны божественным гневом, но покинули свою родину, известную под многими названиями, когда та погрузилась в море и превратилась в царство мертвых. В большинстве полинезийских мифов отсутствуют какие-либо ассоциации между гибелью царства и небесным гневом. Морализаторская версия в Книге Бытия представляется позднейшим добавлением, где чувство вины использовалось иудейскими жрецами для того, чтобы держать паству в послушании.

Утверждение Черчварда о том, что «слово may одно из немногих, сохранившихся до наших дней со времен Прародины», по-видимому, относится к таким названиям, как Хора-нуи-а-тау, «Великая протяженность земля Тау» и Хау-папа-нуи-а-тау, «холмистая страна Тау». В маорийском предании так называлась страна, откуда в древности прибыли первые обитатели Новой Зеландии. Далее ученый писал, что «среди островитян Южного моря созвездие Южного Креста называется Тау-ха». Гавайцы называли это созвездие Хуму, их ритуальный жезл, о котором мы говорили, был известен под названием та-ха-оо. Почти в 3000 миль от Гавайских островов колоссальная пирамидальная платформа Таухала стоит в древнем портовом городе Му'а на полинезийском острове Тонга.

Стилизованная буква Т есть в рисунках на коре, выполненных австралийскими аборигенами. Под ее перекладинами — семь фигурок, соответствующих звездному скоплению Плеяд. В местном мифе созвездие принадлежало группе духов Мурамура, в названии которой объединены имя затонувшей Прародины с именем солнечного бога Ра. Они создали людей, выпрямив конечности животных, и дали им первые обряды посвящения в святые таинства. Мурамура путешествовали по всему свету, а потом поднялись в ночное небо на длинном «волосяном шнуре». Само их название, роль творцов человеческой жизни и статус всемирных путешественников подчеркивают их лемурийское происхождение.

Главный лемурийский символ появляется также среди гавайских петроглифов пуако. Посетители, идущие по тропе Кео, могут видеть несколько примеров выгравированной на камне буквы Т, которая ассоциируется с Лоно — белокожим, светловолосым человеком из затерянного царства, обладателем могущественной маны. Его личная эмблема, известная как Лономакуа, «отец Лоно», — высокий деревянный шест с перекладиной на вершине, образующий все тот же хорошо известный символ. Эмблему Лономакуа носили по всему острову во время ежегодного праздника Макахике, устраиваемого в честь его прибытия на Гавайи.

Полинезийское название затерянной родины Лоно — Хайвике — происходит от корня «ха», «дыхание» или «жизнь» по-гавайски, считает Лейнани Мелвилл. Далее мы наблюдаем важную связь между тихоокеанским царством Му и Центральной Америкой. Символ Т часто изображается в майяской резьбе по камню и встречается отдельно в главных ритуальных центрах, в частности Паленке в Гватемале и Копан в Гондурасе. Он произносится как «ик», дыхание жизни. В этом смысле символ Т совпадает с характеристикой Черчварда, настаивавшего, что в царстве Му он обозначал начало человеческой жизни.

Загадочная связь между островом Пасхи и Мохенд-жо-Даро получила объяснение в главе 3, где их общая письменность рассматривается как древнее наследие, полученное независимым образом из одного и того же источника. Но общая письменность не была единственным, что сближало их с Му. Лемурийский символ Т — часть еще не расшифрованного послания на «доске Дхо-лавира», большой каменной панели, расположенной над северными воротами Хараппы как минимум 4000 лет назад. Хараппа, упоминаемая в «Ригведе», древнейшей и важнейшей из священных книг индуизма, была вторым по величине городом в долине Инда после Мохенджо-Даро. Символ Т здесь появляется также на сохранившихся цилиндрических печатях и религиозных табличках с изображением священного дерева.

Другой иероглиф майя связан с символом оленя, о котором упоминал Черчвард в своих книгах об исчезнувшей тихоокеанской Прародине. Отдельные линии радиально выходят из круга в центре прямоугольника к четырем другим кругам в каждом из четырех углов, пересеченным четырьмя парами прямых линий. Огюст ле Плонжон пришел к выводу, что он относится к преданиям майя о «затонувших землях, символом которых был образ животного, напоминающего оленя». Этот иероглиф был известен под названием U-luumilceh, «страна оленей», отмечал он. Франсиско Эрнандес де Кордова, первый испанский конкистадор, ступивший на землю Мексики, узнал об этом наименовании, когда высадился на маленьком прибрежном островке, который туземцы называли Му-герес.

Образы оленей широко представлены в духовной символике индейцев навахо, обитающих на юго-западе США. Нужно убить животное, не пролив ни капли его крови, если шкура предназначена для изготовления ритуального костюма бога Юбичая, которого представляет актер в белой маске, рассказывающий историю о сотворении мира. Юбичая почитают как «деда всех богов», который пережил Великий Потоп на острове в Западном море, где родились первый мужчина и первая женщина. Священные песчаные рисунки навахо тоже можно выкладывать лишь на оленьей шкуре, погремушки, используемые в религиозных танцах, делали исключительно из оленьих копыт, рога считались вместилищем жизни.

На другом конце огромного Тихого океана «оленья церемония» ежегодно проводится с середины октября до начала ноября у тропы, ведущей к святилищу Омотесандо в древнем японском городе Нара. Здесь животных содержат в специальных загонах, ухаживают за ними в течение всего года. В начале осеннего ритуала Цуноки-ри им спиливают рога в память о гибели былой эпохи и в напоминание о возрождении человечества, которое так же неизбежно, как рост новых оленьих рогов, которые служат символом возрождения.

Строки из «Оленьего обряда» —- эпической поэмы о происхождении тибетского народа, гласят: «По земле гуляет олень, коричневый олень Му Души царя, его министра и вассала принимают облик драгоценной кукушки, оленя и дерева». Му упоминается в традиции Бон как один из первоначальных народов, населявших добуд-дийский Тибет.

Хотя оленью символику можно найти в религиозных верованиях многих народов по всему миру, ее появление у майя, навахо, японцев и тибетцев имеет несомненную связь с Лемурией. Она воплощает концепцию возрождения после ухода былой эпохи, обычно в результате Великого Потопа. Появление народа, носящего такое название в связи со священным оленем в тибетской устной традиции, недвусмысленно свидетельствует о правоте Черчварда в истолковании символа Му.

Главным божеством Древнего Китая была Сиванму, богиня бессмертия, которую чтили уже во времена династии Шан, начиная с 1600 г. до н. э. Эта дата любопытна, последний фрагмент Лемурии исчез под морскими волнами примерно в это же время. Переселение Сиванму в Китай из ее сказочного дворца на востоке намекает на прибытие переселенцев, которые принесли тайные религиозные обряды на Азиатский континент. Сначала Сиванму жила на Счастливых островах, до тех пор, пока Шулао, Фусинь и Лусинь не покинули их. На фарфоровом блюде начала XVIII века, которое ныне находится в лондонском музее Виктории и Альберта, изображена Сиванму, сопровождающая этих богов долголетия, счастья и благоденствия в их пути по морю, в это время ее Дворец Бессмертия исчезает в бурных волнах. Судя по всему, сцена воспроизводит эвакуацию из Лемурии, о чем свидетельствует и бронзовое зеркало эпохи династии Хань. Оно украшено рисунком, на котором запечатлена Сиванму в сопровождении духов-хранителей верхом на олене — животном, тесно связанном с Лемурией в разных культурах Тихоокеанского кольца. Японским аналогом бога долголетия Шулао был Джу-родзин, ездивший на олене.

Главной обязанностью Сиванму был уход за персиковым деревом, которое росло в ее саду. Каждый, кто ел его плоды, становился бессмертным. Дерево называлось Дзянь-му и считалось мировой осью, центром мира, вокруг которого вращалась вся земная жизнь. В других вариантах этого мифа говорится о древе жизни, которое поначалу находилось по другую сторону Восточного океана, в центре легендарного островного царства Тай-шань, где жили люди с белой кожей и светлыми волосами. После того как Сиванму покинула Тайшань, она посадила древо жизни в центре своего нового дворца за горой Куньлунь. Иными словами, лемурийские таинства были перенесены в Китай после «погружения» Тайшаня. Возвращаясь к майяскому иероглифу «ик», значившему «дыхание», следует указать, что он ассоциируется с янъ-ци, первозданным дыханием, породившим человечество. В иудейском Священном Писании есть интересная аналогия: Иегова, создав Адама, наделяет его дыханием жизни.

Мотив древа жизни часто присутствует в наскальных росписях, на фресках и бронзовых барабанах по всей Юго-Восточной Азии. Туземцы-даяки из Саравака и с северного Борнео совмещают легенду о потопе с верой в то, что первые мужчина и женщина родились на райском острове, в центре которого росло священное дерево, охраняемое драконом. По просьбе женщины ее муж выкрал один из запретных плодов, что привело к всемирному потопу. Г. Линг Рот, автор монографии о даяках конца XIX века, фрагменты которой цитирует Стивен Оппенгеймер в книге «Эдем на востоке», доказал, что их истории о потопе предшествуют контактам с христианскими миссионерами.

Царство Му было известно в Центральной Полинезии под названием Болоту, древо жизни Пукатала стояло в самом центре острова. Его плоды наделили бессмертием первых людей. «Одним из символов царства Му было Древо Жизни, с которым оно тесно отождествлялось, — отмечал Черчвард. — В священных писаниях сказано, что Му было Древом Жизни, а человек — его плодом».

Оппенгеймер показал, что миф о Древе Жизни возник на Молуккских островах и распространился до Ближнего Востока и долины Мехико по маршрутам, совпадавшим с генетическими характерстиками человеческих миграций. Ганс Стивен Сантессон, опубликовавший в 1970 г. научно-популярные книги, где анализировал работы Черчварда, пришел к выводу «Эдемский сад находился не в долине Евфрата, а в царстве Му, которое и является прародиной человека». Его вывод подкреплен полинезийским мифом о Пали-ули, райском саде, где появились первые люди. В гавайских мифах первую женщину звали Иви, на Самоа ее помнили как Иву. Такие предания, существовавшие задолго до прихода миссионеров, значительно облегчали обращение островитян в христианство. История Эдемского сада описала полный круг от своего доисторического источника на юге Тихого океана через древний Ближний Восток к евангелизму XIX века.

У шумеров райский сад назывался Дилмун. Значительно позже авторы иудейских священных книг превратили идею райского сада в моральную притчу, объясняющую истоки греха и падения человечества. Еврейский Эдем явно происходит от шумерского слова edin, означавшего плодородную равнину. Но даже в Книге Бытия есть намек на комету, которая привела к исходу из Лемурии, когда Иегова посылает ангела с пламенным мечом, чтобы выдворить Адама и Еву из рая. «В Египте совместное вкушения айвы двумя молодыми людьми считалось помолвкой, — пишет ле Плонжон. — В этом обычае мы находим естественное объяснение первых семи стихов третьей главы Книги Бытия».

В XIX веке эволюционисты были убеждены, что пропавший континент существовал к югу и западу от Индии, что объясняло распространение лемуров от Мадагаскара до Цейлона. Ведущий теоретик той эпохи Эрнст Геккель первым заявил, что эволюция человечества фактически началась в Лемурии. «Можно примерно указать на расположение единого источника распространения человеческого рода, — заключил он. — Эта прародина, «рай», находилась на тропическом континенте Лему-рия, который в настоящее время находится ниже уровня Индийского океана. Многочисленные факты из географии распространения животных и растений свидетельствуют о его существовании в третичном периоде». Эти гипотеза в конечном счете была отвергнута, но в последние десятилетия XX века возродилась, когда тесная связь между лемурами и ранними гоминидами стала очевидной. Предположение Геккеля получило дополнительный импульс в связи с развитием нового теоретического направления, не ограничивавшего начало человеческой эволюции Южной Африкой. Концепция параллельной эволюции, одновременно происходившей в разных частях света, постепенно приобрела всеобщее уважение по мере появления вещественных доказательств в Азии и даже Америке.

Homo sapiens sapiens (neanderthalis) появился около 120 000 лет назад, консервативные археологи продолжают настаивать, что первые люди перешли из Азии в Северную Америку по некогда существовавшему сухопутному мосту не ранее чем 12 000 лет назад. Между тем в высокогорной долине около городка Хуатлако на юге центральной Мексики были обнаружены кости современных людей рядом с хорошо обработанными наконечниками копий, возраст которых достигает четверти миллиона лет. Останки доказывают, что древние охотники убивали крупных млекопитающих, таких, как вымерший американский верблюд, глиптодонт, мастодонт и мамонт, еще во времена плейстоцена. Эта находка стала потрясением не только для эволюционистов, но и для антропологов.

Не так давно двое мужчин, обслуживавших лодочные гонки на Фламбия-Ривер в окрестностях Кенвика, штат Вашингтон, нашли скелет, который, по первому предположению полиции, принадлежал недавно убитому человеку европеоидной расы. Последующий анализ показал, что полицейские оказались правы относительно расы, но в оценку времени были внесены коррективы. Оказалось, что возраст «жертвы» — свыше 9000 лет. Более того, после реконструкции выяснилось, что он был абсолютно не похож на представителей племен коренных американцев, чьи монгольские предки переправились по сухопутной перемычке через Берингов пролив на Аляску около 3000 лет назад. Если «человек из Кенвика» не последовал по их пути из Монголии, откуда он пришел?

Это не единственный и не старейший пример такого рода. В национальном музее антропологии города Мехико хранятся останки «пеньонской женщины», обнаруженные при раскопках колодца возле международного аэропорта. Археологи нашли череп женщины европеоидной расы, которая умерла в 27 лет, это произошло 13 000—12 700 лет назад. В это время, считает большинство специалистов, монголоидные народы, мигрировавшие из Азии через Берингов пролив, были единственными обитателями Северной Америки. Останки их черепов напоминают черепа современных индейцев. Но экспонат из Мехико был удлиненным, узким и, по утверждению биолога Сильвии Гонсалес, несомненно принадлежал европеоиду. Преподавательница из английского университета Джона Мура, она получила грант на проведение исследований от британского правительства и решила проверить свою догадку, что череп, обнаруженный в 1959 г., на самом деле значительно древнее XVI века, как гласила музейная датировка. Результаты радиоуглеродного анализа, проведенного в Оксфордском университете, подтвердили: та, о ком идет речь, действительно жила в Америке во время последней ледниковой эпохи.

Этот случай тоже не уникален. 9 октября 1993 г. в Браунс-Вэлли на границе Миннесоты и Северной Дакоты была открыта могила ледниковой эпохи. Хотя «человек из Браунс-Вэлли» почти на 1000 лет моложе мексиканской находки, это старейшие останки европеоида, до сих пор обнаруженные на территории США. Предметы, взятые из могилы, не связаны с культурами Юма или Фолсом, широко распространенными ближе к концу последней ледниковой эпохи. В отсутствие каких-либо иных объяснений, консервативные ученые отнесли их к промежуточным между ними культурам. Однако они, скорее всего, след внешнего источника, о чем свидетельствует их необычный вид и высокое мастерство обработки.

В 1965 г. при строительстве канала в Колорадо были обнаружены останки женщины, возраст которых достигал 9700 ле!1. У «женщины из Гордон-Крик» более узкое лицо по сравнению с коренными народами того времени. На нем были признаки луночного прогнатизма — челюстная область незначительного выдавалась вперед. Эта характеристика не свойственна американским индейцам, но типична для современных европейцев. Кости умершей и лежащие рядом орудия были посыпаны гематитом при похоронах. Этот краситель кроваво-красного цвета в виде порошка использовался для заупокойных ритуалов «красным народом», неизвестными мореходами, путешествовавшими вдоль восточного побережья Северной Америки более 7000 лет назад.

Не менее замечательна находка в 1940 г. — в одной из пещер в штате Невада оказалось превосходно сохранившееся тело мужчины европеоидной расы, жившего 9400 лет назад. Верхняя его часть была частично мумифицирована, на черепе остались фрагменты скальпа с рыжими волосами. Могила была выстлана стеблями шалфея, на которые положили труп, был соблюден некий погребальный ритуал. Он лежал на левом боку с согнутыми коленями, в позе, сходной с положением плода (подразумевающей возрождение), типичной для захоронений додинастического Египта. Кожаные шлепанцы, одеяло из кроличьих шкурок, искусно сплетенные коврики тоже хорошо сохранились. К сожалению, эта находка пропала после того, как ее передали местным индейцам.

Сейчас проводится радиоуглеродный анализ останков «женщины из Арлингтон-Спрингс», претендующей на звание старейшей известной обитательницы Америки, за исключением поразительной находки в центральной Мексике. Уникальное захоронение было открыто на острове Санта-Роза у побережья южной Калифорнии, кстати, еще одно доказательство того, что люди древней эпохи были неплохими мореходами. Планируется также исследование ДНК «мужчины из Визерт-Бич» в Неваде (10 500 лет), стоянки Уилсона-Левнарда в Техасе (10 000 лет) и захоронения ребенка в Монтане (10 800 лет). Такое тестирование важно не только для определения расовой принадлежности, но и для сравнения генетических характеристик разных человеческих групп, заселявших Америку, их происхождения и времени прибытия.

«В результате исследований ДНК, проведенных Юго-Западным фондом биометрических исследований (Сан-Антонио, штат Техас), удалось проследить четыре главных генетических линии американских индейцев до Сибири и Северо-Восточной Азии (Байкал, Алтай и Саяны)», — рассказал летом 2002 г. доктор Теодор Шур в Американской ассоциации развития науки. Эти находки противоречат консервативной теории о монголоидных народах, прибывших в Северную Америку по сухопутному мосту через Берингов пролив до подъема уровня моря в конце ледниковой эпохи около 9000 лет назад. Однако доктору Шуру и его коллегам удалось выделить пятую, незначительную в численном отношении, генетическую группу, предки которой имеют европеоидное происхождение. Ее представители есть в некоторых племенах, говорящих на алгонкинском наречии, в частности, оджибуэев, живших в Америке задолго до прибытия Колумба или викингов. В эту группу входят около 4% современных европейцев, относящиеся к ней встречаются и на Ближнем Востоке, хотя в меньшей степени.

Черноногие, ирокезы, инуиты и малые племена из Миннесоты, Мичигана, Массачусетса и Онтарио — вторая, меньшая группа индейцев — имеют некоторую примесь монголоидной крови, но происходят от другой древней европеоидной ветви, около 10 000 лет назад породившей древнейшую японскую культуру Дземон.

Сильвия Гонсалес пришла к выводу: «Если эти результаты окажутся верными, они вызовут бурную дискуссию. Мы собираемся сказать коренным американцам: «Возможно, до вас в Америке жили люди, никак не связанные с вами». Сообщив об этих открытиях в 2002 г., научный редактор Роджер Хайфилд заявил, что теперь существует достаточно генетических свидетельств «колонизации» Америки европеоидами 30 000 лет назад. Они не пришли по давно затонувшему сухопутному мосту из Азии, поскольку уже владели достаточно развитой мореходной технологией для пересечения необъятных, опасных просторов открытого океана.

В июле 2001 г. международная группа исследователей из музея антропологии при Мичиганском университете нашла следы европеоидов в Северной Америке, которым более 15 000 лет. Руководитель группы К.Л. Брейс объявил, что коренные обитатели Южной Канады были прямыми потомками древних европеоидов, хотя и с примесью другой крови. Он и его коллеги из Вайомингского университета, Китайской академии наук в Пекине и Колледжа традиционной китайской медицины в Ченду (провинция Сычуань) сравнили лицевые параметры 22 доисторических и современных человеческих черепов. Анализ показал, что древнейшие американцы не были связаны ни с каким из азиатских народов.

Генетические характеристики коренных обитателей северо-запада Тихоокеанского кольца, по словам Брейса, соответствовали европеоидным народам, населявшим Японию более 15 000 лет назад. Научный репортер Wall Street Journal, помощник редактора журнала Forbes Magazine Присцилла Мейер рассказала читателям журнала Ancient American: «Накоплено достаточно свидетельств в пользу сценария великого переселения миллионов людей морским путем через южную часть Тихого океана не позднее 5000 лет назад. В официальной истории нет места для такой миграции, но генетические доказательства совершенно ясны и безошибочны». Согласно табличкам Наакалей, изученным Черчвардом, население Му во время потопа составляло 65 000 000 человек. Мейер продолжает:

«Великое паломничество началось через много тысяч лет после того, как первые американцы пришли из Северной Азии предположительно по сухопутной перемычке между Сибирью и Аляской. Но более поздний приток населения через южную часть Тихого океана, по всей видимости, послужил источником и причиной появления тех народов, которые населяли Месоамерику и Южную Америку до прибытия испанских конкистадоров в начале XVI века. Пока представители господствующего течения в археологии предпочитают не обращать внимания на эти новые генетические свидетельства. В конечном счете результаты могут вынудить археологов переписать древнюю историю Америки. Совсем недавно ученые проследили мутацию человеческого гена из Юго-Восточной Азии до острова Пасхи у побережья Перу и Чили. Эта уникальная мутация позволила даже археологам датировать крупные волны миграций, первая из которых относится к 2500—1700 гг. до нашей эры... Они нашли четыре генетические характеристики, общие только для нынешних обитателей Юго-Восточной Африки и островных цепей на юге Тихого океана... Современные американо-индейские племена с такими маркерами — майя из Гватемалы, пима и хопи из юго-западной Америки и тикуна из бразильского дождевого леса».

Эта датировка массовой тихоокеанской миграции в Америку почти совпадает с современными астрофизическими данными, указывающими на окончательное

уничтожение My в 1628 г. до н. э. Генетические маркеры, о которых упоминает Мейер, связывающие южную часть Тихого океана с юго-западом США, подтверждают устные легенды индейцев хопи об их приходе сюда из-за моря на западе, где огромная приливная волна поглотила земли их предков. Память о потопе хранила церемониальная группа Водного клана с красноречивым названием Паткинья-Му. Ее члены совершали ритуалы в киве — круглом подземном святилище. Плоты, на которых приплыли праотцы индейцев хопи, спасаясь от наводнения, символизировали ряды кедровых бревен, уложенных крест-накрест в киве между каменными блоками, говорится в авторитетном исследовании Фрэнка Уотерса.

Устное сказание индейцев хопи гласит, что в Северной Америке беженцев встретил местный проводник по имени Массал, который направил их на юго-запад, где они могли жить в мире. Единственное, что им удалось сохранить в память о затонувшей прародине, — каменная табличка с отбитым углом. В далеком будущем ее нужно будет представить им как доказательство родства выжившим сородичам, которые найдут их, предрек Массал. Тогда «белый брат» покажет недостающий фрагмент и начнется новая эпоха. В течение тысячелетий камень находился под особой опекой клана Огня. В XVI веке, когда представитель индейцев сообщил о нем конкистадору, озадаченный испанец не знал, как ответить. Хопи до сих пор ждут своего «белого брата» с недостающим фрагментом камня.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: TERRA INCOGNITA
СообщениеДобавлено: 18 фев 2011, 12:36 
Администратор
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 12 июн 2009, 00:05
Сообщения: 12173
Далее Мейер подтверждает предположение полковника Черчварда, что жреческий класс Лемурии (Наакали) фактически стал элитой майя. Однако следы цивилизации майя появляются лишь со II века до н. э., гораздо позднее окончательного затопления Лемурии. Очевидно, Черчвард имел в виду предыдущую культуру, еще не открытую в его время. Это были ольмеки, от которых майя унаследовали основу своего городского общества. Ольмекская цивилизация, зародившаяся около 3000 г. до н. э., дважды принимала значительные потоки беженцев, что совпало с культурными всплесками в XVII и XIII веке до н. э., соответствующими катастрофам в Лемурии и Атлантиде.

Мартин Э. Гранди, автор для журнала Ancient American, отмечает:

«В Новом Свете определены четыре основных линии митохондриальной ДНК, которые обычно обозначаются буквами от А до D. Линии А, С и D также встречаются в Сибири, что неудивительно, если коренные американцы происходят из Азии. Однако линия В озадачивает исследователей, поскольку отсутствует у населения Сибири. Точно так, как степень изменения языка может использоваться для оценки его возраста, степень вариаций внутри конкретного генотипа может служить для оценки прибытия той или иной группы населения в данный географический регион. С помощью этого подхода было установлено, что линии А, С и D появились в Америке 41 000—20 500 лет назад, линия В — 12 000—6000 лет назад. Она обнаружена преимущественно в Южной Америке и очень редко встречается или полностью отсутствует среди эскимосско-алеутской языковой группы на севере.

Географическое распределение митохондриальной ДНК линии В вызывает вопросы. Если эта линия соответствует более поздней миграции через Берингию (на что указывает ее возраст), почему она преобладает на юге и отсутствует среди народов Сибири? Ответ в том, что некая генетически отдельная группа независимым образом колонизировала юг Америки. Оценочный возраст линии В превышает 4500 лет, поэтому неудивительно, что язык этих людей отличается от наречий других американских народов. Линия В присутствует в некоторых полинезийских группах, высказывалось предположение, что эти народы могли приплыть на американский континент в доисторические времена...»

Появление линии В из южной части Тихого океана 12 000 лет назад приблизительно совпадает с окончанием последней ледниковой эпохи, что привело к резкому повышению уровня моря, затопившему все низменные регионы Лемурии и вызвавшему массовое переселение жителей на возвышенности. Генетические доказательства подкрепляются новыми лингвистическими свидетельствами. Среди ученых все большую популярность приобретает теория о том, что диалекты группы хохокан, на которых говорят индейцы тихоокеанского побережья Северной Америки и юго-запада США, происходят от австронезийской группы языков, известной по всей Океании.

Генетические воздействия в результате массовой миграции через южную часть Тихого океана не ограничиваются Месоамерикой и юго-западом США. Индейцы хайда, обитающие на тихоокеанском побережье Британской Колумбии, чаще напоминают современных японцев, чем других коренных американцев. Нынешние Тайны вспоминают время, когда море внезапно затопило землю и погубило большую часть человечества. Лишь нескольким выжившим удалось спастись, поднявшись на вершины гор. Айны — последние представители первых европеоидных обитателей Японии, где они занимали доминирующее положение немногим более 2000 лет назад. С 480 по 221 г. до н. э. китайское общество вступило в эпоху потрясений, называемую периодом Борющихся царств. Империя несла потери из-за «утечки мозгов», многие интеллектуалы и аристократы бежали от кровопролития в сравнительно безопасную Корею. Когда на Корейском полуострове ситуация тоже стала неблагоприятной, бывшие лидеры китайской культуры снова приняли решение о переселении, на этот раз в Японию. Там они смешались с местными европеоидами, представителями культуры Дземон, создателями первой в мире керамики, и сформировали основу современного японского народа.

Появление похожих на айнов европеоидов на другой стороне огромного Тихого океана стало потрясением для американских археологов. Большинство доисторических останков было найдено и профессиональными археологами, и любителями в западной части США, чаще всего в непосредственной близости от Тихоокеанского побережья, где и следовало ожидать прибытия первых беженцев из Лемурии. Но открытия были не только в Северной Америке. В 1962 г. мумия высокой светловолосой женщины была обнаружена в доинкском захоронении в окрестностях Чанкая в горах центрального Перу. В музее Герреры в Лиме есть зал, где в воздухонепроницаемых стеклянных витринах выставлены хорошо сохранившиеся древние мумии. У некоторых — светлые вьющиеся волосы, варьирующие от рыжеватого до песочного оттенка.

В гавайском Мифе Творения «Кумулипо» сказано: «Ка-хике — земля незнакомого языка. Канаке [люди нашего народа] не похожи на жителей Кахике. Там живут только хааче [белые люди]. Они подобны богам, мы подобны человеку». Утратив свой земной рай, жители Кахике проплыли через Полинезию и Юго-Восточную Азию в Индийский океан и поднялись по Персидскому заливу в Ирак, оставив следы сотворенных ими мифов среди разных народов. Наконец они поселились в междуречье Тигра и Евфрата, где эти предания сохранились, но подверглись искажению за долгие тысячелетия изгнания. Проследив их долгий путь, Оппенгеймер выявил специфические евразийские генетические линии, нук-леарные и митохондриальные, распространившиеся из океанической области к югу от нынешнего Таиланда через Индию в Месопотамию и впоследствии проникшие в Центральную Европу.

Еще в 1933 г. Льюис Спенс писал:

«Возможно, светлокожие лемурийцы после погружения главных территорий своего континента, растерзанного природным катаклизмом, поплыли на север и запад, постепенно проникая в Микронезию, Японию, а оттуда на азиатский континент... Гораздо более вероятно, что они колонизировали Северную Европу через Сибирь, а не продвигаясь из этих широт в Океанию. Пришедшие из Лемурии могли вступить в Японию и Китай в глубокой древности, когда монголы только начинали покидать центр своего распространения в Западной Азии...»

Гипотеза Спенса о светлокожих народах, мигрировавших из Лемурии через Азию, подтверждается доисторическими останками мужчин и женщин европеоидного типа, обнаруженными в Китае в последние десятилетия XX века. С середины 1970-х до конца 1980-х годов десятки, а затем и сотни мумифицированных трупов были найдены в пустыне Такла-Макан в северо-западном Китае. Они превосходно сохранились благодаря очень сухому климату. Мужчины, женщины и дети часто были одеты в наряды из мастерски изготовленной ткани, включая фетр, сравнимой по стилю и изощренности с лучшими образцами шотландского тартана. Примечательно, что все останки принадлежали к европеоидному типу с рыжими или русыми волосами и другими, явно не монголоидными чертами. Радиоуглеродные датировки, определившие их возраст в 3800—5000 лет, указывали, что захоронение более чем на 500 лет предшествовало возникновению первой исторической китайской династии Шан. Эти додинастические жители не были незначительным меньшинством, но входили в состав крупной общины, в пустыне уже найдено более 500 мумий.

Современные обитатели этих мест — уйгуры, тюркоязычное меньшинство в западном Китае, их частично европеоидное происхождение намекает на генетические связи с доисторическими обитателями Такла-Макана. Сами уйгуры считают себя этнически отличными от китайцев и стремятся к независимости от Китая. Антропологи могут лишь строить догадки о происхождении этого народа, но Джеймс Черчвард еще в 1926 г. утверждал, что уйгуры некогда населяли часть «главной колониальной империи, принадлежавшей царству Му». Согласно «табличкам Наакалей», они распространились через Северный Китай и южную Россию в Европу, где дошли до Ирландии и Испании в то время, когда «пустыня Гоби была весьма плодородным регионом. История уйгуров — это история ариев».

Иными словами, мумии европеоидов, найденные на территории уйгуров, — останки иммигрантов, чьи предки бежали от затопления их тихоокеанской прародины и перешли через Китай в пустыню Гоби, когда этот регион еще был необитаем. По мере того как климат ухудшался и местность начала превращаться в пустыню, они мигрировали на запад в Индию и Европу; впоследствии историки назвали этот процесс последовательными волнами индоарийских вторжений, продолжавшимися с конца IV до II тысячелетие до н. э. Аргументы Черчварда казались нелепыми при их публикации и даже полвека спустя. Но после открытия древнего европеоидного населения в западном Китае его слова о лемурийском влиянии среди уйгуров выглядят более правдоподобными.

Вера в белую расу, пришедшую на острова Полинезии с некоей идиллической прародины, широко распространена на просторах Тихого океана. Туземцы острова Малекуа в конце XVIII века называли европейцев «амбат», как и «аборигенный» народ светлокожих на Новых Гебридах. На Таити бытует предание о рыжеволосых женщинах с голубыми глазами, которые поднялись со дна лагуны. Таково мифическое переложение исторического события - появления беженцев, спасшихся после затопления Лемурии.

У папуасов принята любопытная церемония инициации, намекающая на происхождение туземцев. Подростков запирают в огромном, плетеном в виде рыбы амбаре, так называемом вай-му-ру, откуда они через некоторое время выходят «возрожденными», как взрослые люди. В космологическом мифе Новой Гвинеи повествуется об убитой самке кенгуру-валлаби, на останках которой появились будто белые «куколки» насекомых, которые превратились в первых мужчин и женщин белой расы, способных общаться между собой без слов. Гораздо позже они обрели свой язык. Вслед за белыми появились черные «куколки». Со временем они тоже превратились в людей —- нынешних темнокожих аборигенов Новой Гвинеи. Будучи старше, белые люди определили других в культурном развитии, они и построили флот из каноэ, на которых уплыли в сторону рассвета и больше никогда не вернулись.

Как гласит древнейшее гавайское устное предание «Кумулипо», царство Му возникло в Хелане, «непрочной земле в центре глубокого синего моря», что хорошо характеризует геологически нестабильную Лемурию. В легенде с Гавайского острова Кауаи говорится, что царь Му противился заключению смешанных браков между его подданными и полинезийцами. Потерпев неудачу, «он собрал мужчин и их перворожденных сыновей и сказал им, что следующей ночью все менехуне должны покинуть остров, чтобы сохранить чистоту своей крови. Мужчинам менехуне не было позволено взять с собой своих гавайских жен и младших детей».

Предание сообщает об увещевании полинезийского морского бога Тангароа, который призывал оберегаемый им народ «сохранять свою кожу белой, как и свои помыслы». Еще в середине XIX века детей со светлыми волосами приносили в жертву Тангароа на Мангаии, самом южном из группы островов Кука. Менехуне не были мифическими существами; так были названы 65 из 2000 жителей долины Вайниха в переписи, проведенной во время правления вождя Каумаули около 1820 г. Они жили отдельно от всех остальных в собственной общине Лаау, «Лесной обители».

Полинезийский полубог Тане упоминается в многочисленных устных преданиях как рыжеволосый человек Маори называли его народ каракако. «белые». Спенс цитирует пожилого маори, вспоминавшего легенды об Иви Атуа, первых обитателях Новой Зеландии: «Некоторые из них были очень похожи на нынешних людей маори, другие напоминали пакета (белых людей), их волосы были рыжего или золотистого оттенка, который мы называем уру-кеу. У кого-то были темные глаза, у кого-то — голубые, как у светлокожих европейцев».

Народ Иви Атуа считался хранителем священных мест. Их значимость подтвердили недавние археологические находки в Новой Зеландии. На Северном острове, к югу от озера Таупо, сохранилась стена Каиманава — ступенчатая пирамида или церемониальная платформа с террасами, какие известны по всей Полинезии, хотя эта относится к числу самых крупных.

Из-за отсутствия материалов, поддающихся датировке, возраст стены Каиманава неясен. Маори, прибывшие в Новую Зеландию 700 лет назад, не были ее строителями, они никогда не воздвигали подобных сооружений. У маори есть собственное предание о людях, живших в Новой Зеландии до их прихода. Предположительно, светлокожие мориори создали орошаемые террасы, укрепления на вершинах холмов и монументальные каменные стены, подобные Каиманава.

На островах Гилберта в Микронезии сохранились легенды о светловолосых людях матанг, которые рассеялись по океану после страшной катастрофы, уничтожившей их цветущую родину в глубокой древности. Генетические следы этого народа иногда встречаются среди туземцев Соломоновых островов, особенно на Малаите, где до сих пор можно встретить людей со светлой кожей. Спенс не преминул добавить, что эти нетипичные островитяне — носители рецессивного гена и «принадлежат к коренным жителям, а не потомкам смешанных браков с европейцами».

Вывод Спенса подкреплен суждением христианского миссионера, который жил на разных островах южных морей в XIX веке. «Повсюду, где мне приходилось бывать, я встречался со светлокожими людьми, они не альбиносы, но имеют довольно светлые волосы и бледную кожу, — отмечал Перси Смит. - У маори эта черта часто передается в семье на протяжении многих поколений. Иногда она появляется как возможное возвращение к первоначальному типу, от которого была унаследована. Туземцы сохранили предание о «народе богов» — пакахакеха, эти люди всегда жили в море и оттого были белыми; потому и назвали белых людей пакеха, когда впервые встретились с ними в XVIII веке».

На языке маори пакахакеха означает «луноподобный» «кожа, похожая на лунный свет». Дэвид Коумен, специализировавшийся на предыстории Новой Зеландии, считал, что редко встречающиеся светловолосые индивидуумы среди туземцев — «остатки невероятно древнего народа, сохранившего черты уру-кеу, светлокожих, в племенах маори». Людей пакахакеха называли великими строителями каменных монументов, подобных стене Каиманава. На островах Косра и Трук их почитали под названием пинари, «первых людей».


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: TERRA INCOGNITA
СообщениеДобавлено: 20 фев 2011, 12:34 
Администратор
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 12 июн 2009, 00:05
Сообщения: 12173
По всему Тихому океану и на континентальных побережьях Австралии, Азии и Америки о пропавшей расе европеоидов напоминают останки древних и живые люди, местные предания. К ее представителям принадлежат японские айны, нетипичные индейцы из Британской Колумбии, «человек из Кенвика» и многие другие останки немонголоидов ледниковой эпохи, найденные на территориях от штата Вашингтон до западного побережья Перу. Полинезийцы, микронезийцы, меланезийцы, австралийские аборигены сохранили общие воспоминания о культуре бледнолицых беженцев, спасшихся с затонувшей прародины в глубокой древности. Генетические и культурные свидетельства существования допотопного народа встречаются повсюду. «Таким образом, мы возвращаемся к гипотезе о том, что лемурийцы были расой белых людей, существовавших в глубокой древности в регионе Океании», — заключает Спенс. Хотя райский сад в Книге Бытия представлен в виде притчи авторами Священного Писания, он мифический аналог человеческой прародины в южной части Тихого океана, что подтверждает современная наука.

Спустя поколения после потопа, в эпоху позднего плейстоцена, выжившие и их потомки мигрировали через северо-западный Китай, где их мумифицированные останки до сих пор находят в регионе пустыни Гоби.

В конце концов они поселились в степях Центральной России, но столетия невзгод превратили традиционно мирных лемурийцев в воинственных скотоводов, называвших себя ариями. Из-за ухудшения климатических условий в середине IV тысячелетия до н. э. степи становились все менее пригодными для обитания, началась массовая миграция на Индийский субконтинент, в Малую Азию, на Ближний Восток, в Средиземноморье и континентальную Европу. Эти крупномасштабные переселения привели к созданию древних цивилизаций в долине Инда, Месопотамии, дельте Нила. Пришельцы смешивались с коренным населением, что приводило к формированию самобытных культур. Этот процесс определил главные черты сходства и индивидуальные различия первых городов-государств на заре Древнего мира.

Повсюду сохранились легенды о Райском саде и Древе Жизни. Такое дерево действительно было окружено почтением во времена Лемурии и существует до сих пор. В мифе о заселении острова Пасхи священное дерево было доверено Хоту Матуа, возглавившему колонистов. Он посадил росток дерева торомиро, оно умножалось и процветало с тех пор в течение многих столетий. В 1956 г. последнее дерево, какого не было больше нигде на Земле, было в плачевном состоянии. Тур Хейердал собрал его семена и отправил в Швецию, в ботанический сад Готенбурга. Когда дерево на острове Пасхи зачахло, ростки взошли там под опекой профессора Карла Скоттсберга, ведущего специалиста по флоре Полинезии. Он передал несколько штук датским ботаникам, которые высадили их на острове Пасхи в рамках чилийского проекта по восстановлению лесов.

Сотни деревьев торомиро снова растут на второй родине Хоту Матуа. Их предком вполне может быть Древо Жизни из «Райского сада» Лемурии.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: TERRA INCOGNITA
СообщениеДобавлено: 21 фев 2011, 12:41 
Администратор
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 12 июн 2009, 00:05
Сообщения: 12173
ГЛАВА СЕДЬМАЯ

ГАВАЙСКАЯ ПРАРОДИНА






Образцы резьбы по камню подтверждают полинезийские мифы древних людей, переживших утрату исчезнувшего в море континента, который мы называем My.

Мауи Лоа, куратор Гавайского музея этнических искусств в Оаху





Для исследователей прошлого наступает момент, когда история, давно считавшаяся легендой, оказывается правдой. Начало ему было положено в октябре 2004 года после открытия, которое не только резко изменило нынешние представления о происхождении человека, но и вернуло к жизни предания, бытующие среди коренных гавайцев. Четыреста шестьдесят два года назад они рассказали испанскому исследователю Энрике Гаэтано, первому европейцу, посетившему их острова, что они не первые обитатели здешних мест. Им предшествовали менехуне — темнокожие карлики, ростом едва по пояс таким, как мы. Даже по полинезийским меркам они вели первобытный образ жизни, охотились на мелких лесных животных, которых убивали примитивными дубинками. Были скрытные, необщительные. Под натиском иммигрантов им пришлось отступить в горы пуукапеле, «холмы Пеле», где менехуне занимались тайными магическими искусствами.

Вероятно, слово менехуне сродни «чародеям», хуне означает «колдовство». Их также помнили под названием кома'айна которое можно перевести как «дети земли», что указывает на их статус аборигенов на Гавайских островах еще в дополинезийские времена. На островах Содружества, Кука и Туамоту этот древний народ был известен как манахуне и тоже славился своими колдунами. Хотя представители академической науки называли их легендарными существами, в бюллетене № 203 музея Бернеса П. Бишопа сообщается, что «во времена царствования Каумуали, последнего независимого правителя Кауаи, была проведена перепись населения долины Вайниха, в которой 65 из 2000 человек числились как менехуне. Все они жили в общине под названием Лаау в глубине лесной чащи». Эта перепись, проведенная в начале 1820-х годов, запечатлела последние остатки древнего народа на Гавайских островах, где они некогда занимали господствующее положение. Вождь менехуне на острове Оаху по имени Ку-Лео-Нуи, «Ку Громогласный», проводил заупокойные игры с метанием копий и дисков, кулачными боями, борцовскими схватками и состязаниями по бегу после смерти членов правящего рода. Коренные гавайцы хранят в памяти и глубоко чтят имена победителей.

Несмотря на это, археологи и антропологи были единодушны в отношении к этому «маленькому народу» как к сказочным существам, похожим на леприконов из ирландских легенд. Но в 1964 г. ученые обнаружили признаки необычно древнего человеческого поселения в так называемой «Холодной пещере», уходящей на 130 футов в глубь холма на индонезийском острове Флорес, расположенном к востоку от Явы и к северо-западу от Австралии. Тридцать четыре года спустя они нашли в окрестностях пещеры примитивные каменные орудия, и вскоре откопали практически полный человеческий скелет, не похожий ни на что из того, что им приходилось видеть раньше. С сентября 2003 г. началась трудная работа по воссозданию и идентификации костей в лаборатории Джакарты. Восстановленный скелет представлял собой «совершенно новое существо — находку, которая может переписать историю человеческой эволюции. Это будет восьмой подвид в категории Ното», — писал Джозеф Б. Веррен, автор научно-популярных статей для агентства Associated Press.

Homo floresiensis, «человек с острова Флорес», «по всей видимости, наиболее важная находка для истории человечества за время моей жизни», — заявил Бернард Вуд, антрополог из университета им. Джорджа Вашингтона. Ему вторит Крис Стрингер из Лондонского музея естественной истории, который назвал находку «самым причудливым персонажем, включенным в расширенную человеческую семью». Питер Браун из университета Новой Англии, написавший историю открытия на острове Флорес, заявил, что «эволюция карликовых видов впервые была описана для ближайших родственников человека».

Пропорционально сложенная взрослая женщина была ростом около 3 футов, весила не более 55 фунтов, объем ее мозга не дотягивал и до трети современного человеческого, меньше, чем у шимпанзе. Несмотря на скромные размеры, он имел сложное строение, что указывало на довольно высокий уровень разума. «Мозг этого существа, — утверждал Дин Фолк, палеонтолог из университета штата Флорида, — имеет особенности, которые мне никогда не приходилось видеть в мозге других млекопитающих сходного размера». Орудия и другие рукотворные предметы, обнаруженные рядом с женщиной и шестью ее карликовыми спутниками, могли быть изготовлены только хорошо развитыми людьми. Датировки их возраста варьировались от 12 000 до 9500 лет, хотя наиболее хорошо сохранившийся скелет принадлежал женщине, жившей 18 000 лет назад. Названные «хоббитами» (по трилогии Дж. Р. Р. Толкиена «Властелин колец»), они обитали в настоящем «Средиземье», где водились гигантские черепахи, карликовые слоны размером с пони и гигантские крысы, не уступавшие величиной охотничьим лабрадорам.

Люди с острова Флорес умели не только изготавливать орудия, но и добывать огонь и охотиться группами, что указывает на общинный образ жизни, активные контакты друг с другом. Но, отмечает Веррен, «загадочное сочетание скромных размеров и грубых черт практически не имеет аналогов среди современных людей или наших крупных доисторических сородичей. Нижняя челюсть с большими тупыми зубами похожа на челюсть австралопитека, отдаленного человеческого предка, обитавшего в Африке более 3 млн лет назад. Передние зубы меньше, чем у современного человека, глазницы большие, округлые». В свете этого нового открытия Африка — предполагаемая колыбель человечества — больше не дает «всех ответов на настоятельные вопросы о том, как и от кого мы произошли».

Внезапное исчезновение «хоббитов» 12 000 лет назад — другой вопрос, на который геологи дают правдоподобный ответ. Теперь они знают, что на смену ледниковым эпохам не приходило постепенное потепление, как было принято считать до середины XX века. Последняя ледниковая эпоха завершилась катастрофическими вулканизмами и мощными сейсмическими толчками, которые привели к образованию огромных цунами, уничтоживших множество живых существ, включая гигантских крыс, карликовых слонов и человека с острова Флорес.

Но, может быть, он все-таки не исчез с лица Земли? Генетический анализ костей, обнаруженных в «Холодной пещере», показал, что Homo floresiensis совершал путешествия за пределы своей индонезийской родины.

Веррен пишет, что даже предшественники Homo erectus «мигрировали с Явы на Флорес и другие острова, вероятно, на бамбуковых плотах около 1 млн лет назад». Генетические следы и предания жителей островов Океании указывают на то, что маленький народ прибыл на Гавайи за 10 000 лет до самого раннего известного заселения островов. Майк Морвуд, член группы археологов, работавших на острове Флорес, заметил, что Homo floresiensis должен был обладать достаточно хорошими мореходными навыками, чтобы преодолеть 15 миль открытой воды, отделяющие Флорес от азиатского материка. Такую переправу, по его мнению, могли совершить только разумные люди, умевшие строить лодки. Могли ли эти индонезийские «хоббиты» уплыть еще дальше, перемещаясь с острова на остров вплоть до Гавайских, где полинезийцы впоследствии знали их как народ менехуне?

В таком случае, либо гавайцы сохраняли устные предания в течение 12 000 лет (что само по себе поразительно), либо последние представители Homo floresiensis жили на островах менее 200 лет назад, о чем свидетельствует перепись населения, проведенная в начале XIX века. Так или иначе, существование вида до сих пор не знакомого науке было уже известно по преданиям народов, не обладающих письменностью.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: TERRA INCOGNITA
СообщениеДобавлено: 22 фев 2011, 13:36 
Администратор
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 12 июн 2009, 00:05
Сообщения: 12173
Научное подтверждение старинных легенд может быть таким же откровением, как доказательство правоты психических видений. В одном из «снов о прошлой жизни», который видела актриса Ширли М а клейм во время паломничества в Испании, она узнала, что столица Лемурии называлась Раму и была расположена на Гавайских островах. Женщина не была знакома с трудами полковника Джеймса Черчварда, но то, что ей привиделось, очень напоминало описание им политического центра древней прародины, сохраненное его биографом Хансом Стефаном Сантессоном: «Когда этот иерарх был избран царем-императором, он принял титул Ра (Солнца), который стал символом власти. К нему, по свидетельству Черчварда, было добавлено название земли (My), полный династический титул звучал как Ра Му». В гавайском мифе первенцем богини Солнца Ра'И был My Ре, предок первых жителей островов. Простая перестановка от My Ре к Pa My и солнечные ассоциации обоих вариантов имени указывают на четкую связь между ними. Когда человек пришел в долину реки Раму, говорится в меланезийском предании, богиня в образе старухи дала ему кокосовый орех, который превратился в прекрасную женщину. После того как она стала его женой, все холостяки получили такие же волшебные кокосовые орехи и люди смогли заселить Новую Гвинею. В названии «Раму» фигурирует не только название тихоокеанской прародины, но и имя солнечного бога, которого там почитали превыше всех остальных.

Сочетание «воспоминаний о прошлой жизни» Ширли Маклейн с исследованиями Говарда и туземными преданиями указывает на то, что столица Лемурии отождествлялась с ее правителем и называлась по его имени. Это приобретает еще большее значение, когда мы узнаем, что Гавайские острова богаты свидетельствами существования погибших цивилизаций. По словам Лейнани Мелвилл, историка этих мест, «разумеется, было много споров о существовании сказочной страны My. Просвещенные гавайцы обычно воспринимали ее как факт, белые пришельцы обычно считали мифом. С другой стороны, западные люди считали выдумкой многие вещи, естественные для туземцев».

Согласно гавайской устной традиции, задолго до прибытия первых полинезийцев во II или III веке н. э. острова были заселены двумя очень разными народами: низкорослыми менехуне и му, само название которого в полинезийских мифах подтверждает существование затерянной прародины. Со временем, когда оба эти народа пришли в упадок, названия менехуне и му стали взаимозаменяемыми, синонимами древних обитателей Гавайских островов. Путаница возникает в некоторых туземных преданиях, где му нечетко представлены как одно из «племен» менехуне.

Людей менехуне-му помнили как великих корабелов и навигаторов, которые приплывали флотами из Хела-ни — страны, расположенной далеко на востоке, называемой «ненадежной землей посреди глубокого синего моря». Катастрофа, запечатленная в Мифе Творения, занимала центральное место в гавайских религиозных церемониях, сопровождаемых богатыми подношениями богам в их святилищах, чтобы предотвратить повторение Потопа, уничтожившего страну Хелани. «В тихоокеанских вариантах этой истории, — отмечал Оппен-геймер, — один брат предстает в облике темнокожего охотника-собирателя, другой — бледнокожего рыболова, пришедшего с моря».

Второй брат появляется в нескольких других гавайских преданиях, в частности, Ку-Му-Хенуа. Люди его народа — белокожие, светловолосые строители циклопических хеиау (храмов), локо-на (рыбных прудов) и «канав», единственных видов земляных работ, известных полинезийцам. Но реальное предназначение мегалитических проектов, приписываемых менехуне, наподобие руин на острове Пасхи или Понпее, так и не получило удовлетворительного объяснения. По словам знаменитого британского атлантолога Эджертона Сайкса, «мы до сих пор не знаем точной ритуальной функции рыбных прудов».

В любом случае, люди Му достигли вершин в искусстве архитектуры и славились владением духовной силой, известной как мана, которую они получали от своего бога Ха-Му-Ка. Здесь тоже подразумеваются силы иных миров, которыми пользовались в Нан Мадоле и Рапа Нуи, чтобы перемещать многотонные базальтовые блоки и огромные моаи. Автор книги «В поисках Лемурии» Марк Р. Уильяме посетил каменный храм на высоком утесе над бухтой Ваймеа на северном берегу острова Кауаи. «По местному преданию, Пу'уо Махука Хейау был построен за одну ночь людьми менехуне, которым помогала могущественная мана для воздвижения этой массивной каменной платформы с низкими стенами, площадь которой превышает футбольное поле». Другой общественный проект, приписываемый выходцам из Му, — рыбный пруд Алекоко длиной 900 футов на острове Кауаи. Менехуне были «замечательными каменщиками, антропологи сходятся в том, что гавайцы не умели так искусно резать камень и подгонять отдельные блоки», — подчеркивал автор «Путевых заметок» Джим Роджерс.

Позже Уильяме изучил так называемую «Канаву Менехуне». В наше время ее превратили в оросительный канал, но «некогда она возвышалась более чем на 20 футов и была сложена из тщательно подогнанных каменных плит, напоминая дороги древних римлян. Сейчас на нее не обращают внимания, особено вблизи висячего моста через реку Ваймеа. Но канава достаточно хорошо сохранилась, я пришел к выводу, что техника строительства действительно отличается от грубых свай из лавы, которые я видел повсюду на островах. Эти камни были тщательно вырезаны, обработаны наподобие сложных фрагментов составной головоломки, чтобы выдержать самые жестокие катаклизмы». Стиль строительства, который подметил Уильяме, напоминает монументальные каменные сооружения острова Пасхи и Тиауанако.

Когда речь идет об очень древней цивилизации, память о которой сохранилась у множества туземных народов по всему Тихому океану, неудивительно, что затонувшее царство, из которого пришли менехуне, имеет немало названий. Это не что иное, как разные этнические варианты, обозначающие общее место происхождения для полинезийцев, микронезийцев и меланезийцев — Хива, Хайвики, Кахики, Мутухеи и т.д. Одно из нескольких названий на Гавайях, увековечивающих воспоминания о погибшей цивилизации, — Хонуму, «Священная Му».

«Люди Му знали свою прародину под несколькими именами. Havai'i (ныне произносится Гавайи) было одним из них. Из поколения в поколение передавались знания о немногих, кому удалось пережить катастрофу, рассеявшую их древний дом. Эти люди сохранились в преданиях. Так продолжалось сотни, тысячи лет до тех пор, пока английский мореплаватель капитан Кук не открыл далеких потомков народа Му в джунглях на Гавайских островах», — отмечает Лейнани Мелвилл.

Самое древнее и важное гавайское устное предание — Куму-Липо. Известный историк, специалист по Гавайям Бернес Бишоп в своем авторитетном переводе указывает на его чрезвычайную древность: «Язык часто архаичный и содержит много слов, вовсе не известных современным гавайцам». Эта «Песнь Творения» была разделена на многочисленные куплеты, в первом из которых четко говорится о лемурийском происхождении тихоокеанской цивилизации, — рассказывают мифологи Марта Н. Имель и Дороти Майерс Имель, из источника под названием Ку-Му. Ра'и-ра'и, Богиня солнечного света, «спустилась с небес на землю и стала матерью Му, первых людей». Самые древние из них — ку-му-хенуа пользовались силой маны для строительства величественных храмов из огромных камней. Среди их потомков — Ка Му Лева, Ка Му Лани, Лоло Му, Хеку Му, Нана

Муа, Халеку My, Ку My леа, My Леле-Алии, Ко Му Коа — имена, символизирующие их древнюю прародину.

Через Ку-Му-хенуа родословную всех великих вождей и высших жрецов возводили к верховному богу Те Ту Му Нуи — «великому строителю», «верховному учителю», который сотворил мир. За бездну поколений вожди и жрецы создали многое, чем пользуется человечество, и некоторые духовные искусства, ныне утраченные. Му-Эу изобрела ткацкий станок, Муму-Ханго показал, как делать лодки и крыши из тростника тотора. На земле Кахики был золотой век процветания и благоденствия, но продлился он недолго. «Эра переворота» ознаменовалась появлением знаменитой богини вулканов: «Из Кахики пришла женщина, Пеле. Узрите извержение на Кахики! Ты подобна вспышке молнии, о Пеле! Ты явила свою мощь, о Пеле! Глаза Пеле горят, небеса дрожат, земля сотрясается вплоть до священных мест. Земля содрогается, небеса закрываются. Море бушует, накатывает на пляжи, поднимается к заселенным местам и постепенно затопляет сушу».

«Эра переворота» завершилась «потопом, вызвавшим крушение всех вождей», которые «толпами бежали с исчезающего острова на плечах моана лиха [океан]. Так в далеком прошлом завершилась династия первых вождей. Умерли течения, исходящие из Пупа Земли. То была великая волна-воин. Многие исчезли и рассеялись в ночи. Бурлящий океан покрыл горы и поглотил жизнь, поднимавшуюся все выше и выше над затопленными домами. О, ревущее море, бурлящее море, кипящее море, оно окружило нас. О великий прибой Кахики! Так закончился мир Хайвики».

С тех пор запад, откуда пришли кахики, назывался хе-ала-нуи-о-ка-маке, «Великая дорога мертвых». Сама исчезнувшая прародина была снова переименована в Ка-хики-хо-нуакеле, «Божественная родина, исчезнувшая в глубоком синем море». Несмотря на катастрофу, многие выжили. Одним из них был Ну У, который с женой Лилиное, тремя сыновьями и их женами уплыл на царском корабле, благополучно доставившем их на Гавайи. Эти истории появились не в результате контактов с христианскими миссионерами в XIX веке, подтверждено опытом Уильяма Эллиса, который лично участвовал в обращении коренных гавайцев в христианство:

«После краткого рассказа о Великом Потопе, — вспоминал он, — я постарался объяснить им преимущества истинной веры и последствия греховности и неверия на примере спасения Ноя и гибели остального человечества. После завершения службы несколько человек попросили меня остаться, чтобы ответить на некоторые вопросы о потопе Ноя и так далее. По их словам, они знают от своих отцов, что вся Земля некогда была затоплена морем, за исключением небольшого пика на вершине Мауна-Кеа, где два человека спаслись от катастрофы, унесшей жизни всех их собратьев. Но они раньше никогда не слышали о ковчеге иди о Ное и привыкли называть Потоп каи-а-Кахинарии (море Кахинарии)».

В этих и других туземных сказаниях о потопе есть множество подробностей, связанных с существованием и крахом древней прародины. «Совершенно очевидно, что истоки этих мифов следует искать в лемурийской традиции, во время расселения полинезийцев по островам Океании эпоха сейсмических потрясений давно миновала», — считает Льюис Спенс, — интересно, что гавайцы рассказывают о «смертоносном течении, вышедшем из Пупа Земли», пользуясь тем же обозначением, под которым первоначально был известен остров Пасхи. В предыдущей главе говорилось, что название Те-пито-те-хенуа означало линию пересечения или эпицентр двух разломов в геологически нестабильной зоне на юго-востоке Тихоокеанского плато. Лемурийцы знали о потенциальной опасности и пытались смягчить ее наихудшие последствия, воздвигнув базальтовые статуи как составные части теллурического стабилизатора, который рассеивал энергию сейсмических толчков. Но гавайцы говорят про цунами, «волну-воина», которая пришла со стороны острова Пасхи и затопила Кахике.

Другая линия связи с Рапа Нуи прослеживается в старинном названии Му на Гавайях: Ка-хоупо-о-Кане, «Пуп Кане». Кане был богом света, напоминающим Те-пито-те-кура, «Пуп света», самый драгоценный рукотворный предмет острова Пасхи, привезенный лично Хоту Матуа со своей затонувшей родины (Мара Ренга). Маори на западе Тихого океана рассказывали о своем предке Тане, который принес «Пену-в-Океане» и «Белый Морской Туман» в Новую Зеландию из земли Хива до ее исчезновения.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: TERRA INCOGNITA
СообщениеДобавлено: 25 фев 2011, 14:24 
Администратор
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 12 июн 2009, 00:05
Сообщения: 12173
Предания о Великом Потопе и пришельцах с погибшего континента, строивших поразительные монументальные сооружения за столетия до прихода полинезийцев, оспаривают археологи. Они утверждают, что нет ни одного доказательства заселения Гавайских островов ранее чем 1800 лет назад. Между тем разрозненные находки, появившиеся начиная с середины XIX века, указывают на гораздо более глубокую древность, чем результаты радиоуглеродного анализа. Во время строительства первых колодцев на Гонолулу в 1822 г. шахта прошла через 8—10 футов поверхностных суглинков и вулканического песка. Дальше рабочие столкнулись с твердым слоем коралловой породы, где нашли человеческий череп и несколько костей. При очистке дна гавани Гонолулу в 1858 г. среди ила и черного вулканического песка был обнаружен наконечник копья и обработанный камень. В следующем году рабочие нашли человеческий череп в глубоком подпочвенном слое вулканической грязи. Косвенные обстоятельства позволяют датировать эти находки более чем тысячелетием до появления полинезийцев на Оаху во II или III веке н. э.

Жители древних поселений на Гавайских островах знали основы навигации, предположительно унаследованные от жителей Му. Они строили огромные катамараны, на которых предпринимали первые трансокеанские плавания, ориентируясь по звездным картам. Одну из древних мореходных техник раскрыл в 1891 г. УД Алек-сандеру, профессор антропологии, который говорил на нескольких гавайских диалектах, старейшина Кауаи: «Когда прибываешь на Пико-о-вакеа [экватор], теряешь из виду Хоку-паа [Полярная звезда], и тогда твоим проводником становится созвездие Хуму».

«Созвездие Хуму» было известно доктору Александе-ру под названием Южного Креста. В ночном небе оно образует Т-образную конфигурацию, которая, согласно Джеймсу Черчварду, была национальной эмблемой Му «Тау — это изображение Южного Креста. Он был выбран в качестве символа возрождения потому, что приносил долгожданный дождь при появлении на небосводе над Му под определенным углом к горизонту. После дождя побеги оживали, повсюду расцветали цветы, начинали созревать плоды. Это время радости и изобилия отмечалось как праздник возрождения жизни».

Одно из самых убедительных доказательств существования затонувшей прародины обнаружил Марк Уильяме в музее Бернес П. Бишоп в Гонолулу — учреждении, пользующемся высокой репутацией в области полинезийской археологии. Он узнал, что в подземном этаже музея в архивном помещении якобы хранится карта мира, составленная по велению последнего гавайского монарха в конце XIX века. Предполагалось, что в ней есть упоминания о Му. После долгих поисков в пыльных архивах старинный документ нашли и разложили перед Уильямсом. «Это было большое, красочное изображение земной поверхности, — вспоминает он. — Земли были обозначены как «поднимающиеся» или «опускающиеся», между Фиджи и Мадагаскаром находился огромный континент под названием Лемурия! Эта карта с подписью «король Катакала» была датирована 1886 годом». Браун, Черчвард и Спенс, которые в течение 40 лет писали популярные книги о погибшем континенте, судя по их сочинениям, не подозревали о существовании этой карты и не упоминали о ней.

В сопроводительном манускрипте говорится, что карта была составлена неназванным капитаном корабля, чей рукописный журнал также сохранился. В нем записи о геологии Тихого океана, каменных руинах и десятках островов, приведены сведения о мифологии и туземном населении. «Мы уже на пороге, — заключает анонимный автор, — скоро Лемурия восстанет во всей своей красе». Уильяме был поражен, что «практически неизвестный, неопубликованный манускрипт содержит множество точных подробностей о затонувшем тихоокеанском континенте, неоднократно повторявшихся в более поздних сочинениях. Но все, что мы могли бы узнать о неизвестном капитане, пропало после смерти французского консула на Гавайях около 1900 г.».

Хотя потомки Му на Гавайских островах не приветствовали своих полинезийских гостей во II или III веке н. э., они воздержались от войны против них, но сохраняли дистанцию и избегали близких контактов. Согласно туземному преданию, записанному Лейнани Мел-вилл, му были «скрытным народом, хранившим в тайне все свои знания. Они поклялись никогда не раскрывать свои обряды чужеземцам». Их название легло в основу выражения хо'ому, то есть «сидеть молча или отказываться отвечать», согласно гавайскому лексикографу Мари Кауэна Пуку'и.

По мере роста нового населения му вытесняли с одного острова на другой, пока им не пришлось покинугь даже любимый Кауаи. Незначительное меньшинство мужчин, взявших в жены полинезиек, отказались уйти и скрылись в глухих лесистых районах.

Их последним известным убежищем были два небольших аванпоста на западе, среди бескрайнего океана. Ненаселенные острова — одна из самых трудных загадок тихоокеанской археологии. Остров Нихоа — от гавайского слова «зазубренный», что соответствует его изрезанному ландшафту, — расположен примерно в 170 милях от Кауаи. На 156 акрах голой скалистой местности есть единственная тропа, немногим более мили длиной, она поднимается почти на 900 футов по пути к восточному мысу, где обрывается. Остров Некера площадью 39 акров на расстоянии 320 миль от Кауаи еще более крошечный и уединенный. Ни на одном из них нет деревьев или почвы, где можно было бы выращивать злаки. Источников пресной воды нет, ежегодный уровень осадков не превышает 20—30 дюймов. Оба острова постоянно подвергаются ударам морской и воздушной стихии, высадка на их скалистые берега опасна. Окрестности Нихоа с давних пор посещали охотники на морских черепах, остров Некера был неизвестен до его открытия европейцами в 1789 году.

Трудно представить себе два более негостеприимных места. Однако там находится около 100 каменных зданий, как минимум два кладбища. Здесь найдены рыболовные крючки, украшения из ракушек каури, каменные молотки и жернова, многочисленные другие орудия, все это доказательства большого оседлого населения в обстановке, непригодной для обитания. 45 из 60 руин на острове Нихоа — дома, склады, корали для скота, сельскохозяйственные террасы, другие утилитарные сооружения для повседневной жизни. Все, кроме одного, из 34 археологических памятников на острове Некера — ритуальные храмовые платформы. П.В. Кирш, посетивший остров в начале 1980-х годов, сообщил, что «все они построены по одному плану, в одном архитектурном стиле и состоят из узкой прямоугольной платформы, примыкающей к замощенному прямоугольному двору или террасе. Вдоль платформы установлен ряд вертикальных каменных плит, другие плиты помещены в определенные места двора. Местонахождение этих стоячих монолитов, вероятно, было основано на астрономических наблюдениях за разными положениями Солнца в течение года.

На островах были обнаружены похожие каменные статуэтки (самая большая — 16 дюймов). Это дает ключ к разгадке: основное население жило на Нихоа, Некера служил местом паломничества. Флотилии катамаранов пересекали опасные воды, доставляя пилигримов к священному острову. Все указывает на то, что этот стойкий народ не только выжил, но и благоденствовал в течение неопределенного времени, хотя непонятно, как ему удалось это. Мы не знаем, откуда и когда пришли эти люди, куда ушли; ученые безуспешно обсуждают этот вопрос более 200 лет. Гавайцы верят, что доисторические обитатели Нихоа были канака маши, «люди, не похожие на нас». Некоторые лучшие образцы каменной кладки на острове Некера очень напоминают Канаву Менехуне на Кауаи и рыбный пруд Алекоко.

Ступенчатые террасы Нихоа (снова сходство с лемурийскими методами ведения сельского хозяйства) свидетельствуют о высокой культуре исчезнувших обитателей и их твердой решимости выжить во враждебной обстановке. Несравненные мореходные навыки помогали им добывать пропитание. В окрестных водах можно встретить китов, рифовых рыб, черепах, акул, устриц-жемчужниц, трепангов. Сам маленький остров служит временным домом для морских котиков и многих видов морских птиц, включая альбатросов, буревестников, фрегатов, вьюрков, олуш. Редкую «птицу Миллера» можно найти только на Нихоа. Гений, который возвел священный город на уединенном острове Некера, смог обеспечить благополучие даже на клочке каменистой суши в бескрайнем океане.

Острова Нихоа и Некера были последними убежищами потомков выживших после катастрофы, уничтожившей их древнюю родину. Но в этом переменчивом мире даже стойкие лемурийцы не могли до бесконечности сдерживать натиск времени. Они славились умением хранить секреты, каменные руины на двух покинутых островах хранят молчание с тех пор, как их строители затерялись среди бескрайних просторов Тихого океана.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: TERRA INCOGNITA
СообщениеДобавлено: 27 фев 2011, 13:30 
Администратор
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 12 июн 2009, 00:05
Сообщения: 12173
ГЛАВА ВОСЬМАЯ

ЛЕМУРИЙЦЫ В АМЕРИКЕ






История о Великом Потопе, известная сотням туземных народов от Полярного круга до Огненной Земли задолго до появления христианских миссионеров, это, несомненно, народная память о каком-то очень древнем природном катаклизме, ставшем суровым испытанием для их предков в далеком прошлом.

Уильям Александер, «Мифология Северной Америки»





Жители Новой Зеландии надолго запомнили мощнейшее извержение вулкана, которое произошло там 3600 лет назад. Оно совпало по времени с последней фазой уничтожения Лемурии и было засвидетельствовано предками современных туземцев маори. Они до сих пор вспоминают о катастрофе в мифе о Ронго-Маи — небесном боге, некогда напавшем на мир в облике кометы. Почти истребив человечество, он превратился в гигантского кита, который погрузился в море. Этот миф об окончательном крушении царства Му имеет замечательное сходство с лемурийскими преданиями по обе стороны Тихого океана. В древнекитайском эпосе «Хуайнань-цзы» говорится, что огромный кит, символизировавший большой остров, исчез в Рассветном море после того, как на небе появилась «хвостатая звезда» (необыкновенно большая, яркая комета).

Между тем коряки, камчадалы и чукчи, а также жители прибрежных районов Британской Колумбии вспоминают о Куикинна'ку и «первом человеке» — единственном, кто спасся с острова, превратившегося в кита из-за нападения Громовой Птицы. Чтобы уберечься от ее когтей, кит нырнул в морскую пучину и утопил всех, кто был на его спине, за исключением «первого человека», приплывшего на бревне на остров Ванкувер. Там он женился на туземной женщине, их дети стали предками племен, населяющих северо-западное побережье Тихого океана. Индейцы хайда тоже рассказывают о ките-убийце (косатке), на спине которого жили первые люди, пока он не скрылся под волнами, спасаясь от нападения небесного противника. Многие люди утонули, но некоторые доплыли до побережья Британской Колумбии, где стали предками современных коренных народов, которых называют «народом косатки». Интересно, что кит/остров называется Наму.

Истории о Потопе сохранялись в устной традиции и знаменитых деревянных обелисках, воздвигнутых коренными народами западной Канады. Эти высокие сооружения не были идолами, которым следовало поклоняться; скорее их можно определить как геральдические монументы, символически изображающие родословную семьи, перед домом которой они стояли. Повествование на тотемных столбах начиналось с вершины, обозначающей далекое прошлое, и обычно заканчивалось портретом последнего или ныне живого главы семьи в самом низу. Исследователь индейской культуры Эдвард Кейтхен разъясняет:

«Эти мифы нельзя прочитать в строгом смысле слова, скорее их можно распознать, они содержат систему памятных меток, которые, будучи расшифрованы в правильной последовательности, становятся мифом.

Резчики тотемных столбов повествовали главным образом о великих переселениях, потопе, межплеменных войнах и первых контактах с белыми людьми. Во всех легендах есть воспоминания о потопе, затопившем всю сушу, кроме высочайших гор. История о потопе послужила главным источником вдохновения для нескольких тотемных столбов, включая заупокойный тотем клана Медведя на острове Врангеля и тотемный столб «Палец Дьявола» в том же месте».

В одном из мифов медведь приводит выживших после потопа к берегам Британской Колумбии. «Палец Дьявола» был священным для племени тлинкитов, поскольку служил стилизованным изображением горы, на которой их предки спаслись от потопа. Довольно часто на вершине тотемного столба находилось изображение Громовой Птицы, держащей в когтях кита Наму, что указывало на допотопное происхождение рода. Индейцы хайда верили, что души утонувших в море присоединялись к «народу косатки» в доме предков на дне океана.





Первый тотемный столб на Аляске был установлен индейцами хайда, происходившими с острова Лангара;

Кейтхен пересказывает их легенду о лемурийском происхождении: «Этот тотемный столб был изготовлен на затонувшей земле, где вершины холмов стали островками, а горы отвесно поднимаются над водой. Его долины превратились в бухты и заливы, плодородные земли полностью ушли под воду». В народном предании хайда повествуется о том, как рыбаки отправились утром на берег и с удивлением обнаружили тотемный столб, прибитый приливом. Они отнесли его в свою деревню, где опознали как столб из одного из подводных храмов «народа косатки». С тех пор обитатели северо-западного побережья Тихого океана воздвигали резные столбы по образцу, найденному рыбаками. Первый из них был установлен на мысе острова Далла — Музон, название которого хранит память о погибшей прародине. «Эти легенды и резные изображения на тотемных столбах подтверждают, что предки индейцев пришли из Лемурии», — писал Черчвард в 1926 году.

Беженцев, прибывших после катастрофы, в местных преданиях изображают как бледнолицых, рыжеволосых мореходов, которые взяли себе жен из предков современных индейцев. Это подтверждал облик местных жителей, часто с характерными чертами белых людей, что приводило в изумление путешественников из Европы. Британского мореплавателя Джорджа Диксона удивило свойственное туземной женщине из Якутата, которую он увидел в 1787 году, «жизнерадостное очарование английской кормилицы; здоровый румянец на ее щеках замечательно контрастировал с белой шеей, кожа на лбу была такой тонкой, что сквозь нее просвечивали вены и можно было видеть их мельчайшие разветвления — короче говоря, даже в Англии ее сочли бы очень красивой». На следующий год другой британский путешественник, Джон Мире, сказал о женщине племени нутка с острова Ванкувер: у нее был «не только светлый цвет лица, характерный для европейцев, ее черты привлекли бы внимание своим изяществом и красотой в тех частях света, где лучше всего понимают толк в человеческом облике».

В 1817 г. французский мореплаватель Камилл Д. Рокфейль написал: «Мы видели нескольких мужчин и гораздо больше женщин, чей цвет кожи отличался от белого лишь незначительной примесью бледно-желтого оттенка. У большинства индейцев черные волосы, у остальных светло-рыжие». Кейтхен отмечал, что «рыжие волосы довольно широко распространены» у индейцев хайда, которые первыми начали сооружать тотемные столбы. Эти аномальные черты, судя по всему, — генетические следы «народов косатки», которые, как повествуется в местных мифах, прибыли на побережье Британской Колумбии после затопления своей прародины. В историях о Великом Потопе, бытующих по всей Океании, спасшихся обычно изображают белокожими, рыжеволосыми.

Сходные варианты легенд известны на западном побережье США и юго-западе Америки. Индейцы мохаве и чемухевы из Калифорнии верят, что Великий Дух помешал морской богине, наславшей потоп, уничтожить все живое на Земле. Два последних существа, койот и пума, не погибли, она их пощадила, и нашли убежище на вершине горы Чарльстон. После того как вода отступила, эта пара спустилась с гор и заново населила мир. В мифе Творения индейцев племени йокут из южной Калифорнии сказано, что человечество происходит с острова, бывшего среди первозданного моря, где Орел и Койот создали первых мужчин и женщин. Индейцы другого калифорнийского племени — майду говорят о Таволте и Пехейпе, единственных выживших после природной катастрофы, уничтожившей земной рай, когда его развращенные обитатели оскорбили небо своим недостойным поведением.

Лемурийское происхождение утраченной прародины прослеживается в названии Му-Ах; на языке шошонов это «Вершина Му», священная гора в Калифорнии, выбранная поборниками лемурийского культа для проведения своих церемоний. Исследователь Джозеф Уэр-ри приводит одну из легенд сиу «В далеком, туманном прошлом предки многих калифорнийских индейцев жили на острове где-то в Западном океане. Этот остров назывался Элам, они почитали могущественного бога по имени Му». И у хайда, и у сиу в преданиях о Потопе медведь выступает в образе героя-спасителя.

Уильям Донато, президент Atlantis Organization, писал о «западных белых» для журнала Ancient American-.

«В XVI веке Кабрильо назвал жителей калифорнийского острова Сан-Николас более развитыми по сравнению с живущими на континенте. По его словам, женщины имеют «изящные формы, красивые глаза и отличаются скромным поведением», дети «белокожие, со светлыми волосами и румяными щеками». В старых корабельных журналах и других письменных документах того времени тоже говорится об общинах «белых» индейцев на острове Санта-Каталина. Исследование мозга, проведенное доктором Джефри Гудменом, показало, что древние островитяне обладали наибольшим сходством с группой «архаических европеоидов».

Туземцы острова Санта-Каталина называли его Пи-му, остров Санта-Крус был известен как Лиму. Кстати, лиму означает «в море». Тот факт, что два острова Калифорнийского Канала имеют слог «му» в своих названиях, не может быть случайным совпадением. По преданию индейцев из племени юроков, еще до того, как их предки появились на реке Кламат, эта земля была населена белокожими людьми, высоконравственными, цивилизованными, которые поделились с пришельцами всем, что имели. Были ли это потомки лемурийских мореходов?»

Побережье Перу не менее богато туземными преданиями о лемурийской катастрофе. В легенде индейцев племени юракаре повествуется о том, как их предки прятались в горной пещере во время двух всемирных крушений, уничтоживших прежнюю эпоху. Все другие люди погибли в огне, упавшем с небес, за которым последовал Великий Потоп. Из всех божеств только Тири сжалился над выжившими и открыл им секрет Древа Жизни, откуда вышли новые племена, заселившие мир. Как мы помним из главы 6, царство Му было известно под названием Тау, Древо Жизни.

Знакомые отголоски слышатся в названии великого народа чиму, который построил могущественную цивилизацию Чимора, господствовавшую на побережье Перу примерно с 900 г. н. э. и разгромленную инками в 1476 г. Их столица Чан-Чан находилась к северу от современного города Трухильо. В зените могущества город площадью 80 квадратных миль был домом более чем для 250 миллионов человек. В каменных резервуарах города хранилось до двух миллионов галлонов пресной воды, доставляемой с гор по системе акведуков длиной более 100 миль. Согласно официальной истории чиму, высокую технологию и общественную организацию, необходимую для строительства такого огромного городского центра, принес в Перу человек по имени Тайкана-Му. Он был направлен в качестве просветителя правителем царства, расположенного в центре посреди Тихого океана.

Другим важным городом цивилизации Чимор был Пакатна-Му, названный в честь одного из выдающихся полководцев древности, который стал управляющим региона. Так называемый дворец губернатора в Чан-Чане окружен огромной стеной, украшенной фризом с рельефным изображением затонувшего города: рыбы плавают над вершинами стоящих рядом пирамид. Эта сцена запечатлела память о затонувшей цивилизации, откуда предки чиму — буквально «дети Му» — прибыли на побережье Перу после катастрофы.

Мы уже упоминали о главном доинкском городе Боливии и его очевидной связи с Лемурией через остров Пасхи. Скорее всего, это были не только культурные контакты, они могут дать ключ к разгадке до сих пор необъяснимого положения Тиауанако на вершине одного из величайших горных хребтов мира. Во время моего первого визита к руинам в 1994 г. я пытался представить, как мог жить подобный город, не говоря уже о том, как он был построен на высоте 13 300 футов, где трудно дышать и практически невозможно выращивать урожаи, достаточные, чтобы накормить 40 000 жителей, таково было его население по большинству оценок.

Ступени Каласасайи — цельные прямоугольные каменные блоки шириной около 30 футов и весом до 40 тонн. Врата Солнца были вырезаны из каменного блока весом 15 тонн. Находясь в окрестностях древней перуанской столицы Куско, я изучил громадные руины Саксайуамана. Хотя официально он называется крепостью, его военное предназначение вызывает сомнение, несмотря на 300-тонные блоки. Как и в Тиауанако, каменные плиты весом более 130 тонн доставлялись из каменоломен, расположенных за 50 миль отсюда. Как4 такие грузы можно было транспортировать по сильно пересеченной местности, а потом с невероятной точностью укладывать на высоте, где даже коренным жителям иногда не хватает воздуха для дыхания? Сложность немыслимая. По оценке современных строительных экспертов, передвижение цельного 130-тонного каменного блока потребовало бы согласованных усилий 8450 взрослых людей. Полная координация тяги при таком количестве работников невероятна даже при идеальных условиях и совершенно невозможна в гористой местности. Но Тиауанако существует вопреки любой логике. Хэролд Т. Уилкинс, автор популярных книг по археологии середины XX века, тоже не смог воссоздать процесс строительства Тиауанако с учетом его расположения: «То, что этот город мертвых — возможно, древнейший в мире — с самого начала был возведен в облаках, в разряженном воздухе, где дыхание превращается в пытку, где не может расти ничто съедобное, кажется неправдоподобным».

В наши дни индейцы аймара, обитающие в окрестностях Тиауанако, влачат жалкое существование, питаясь початками карликовой кукурузы и мерзлой картошкой. Они пьют чину, сбраживаемую из кукурузной муки и перегоняемую в крепкий спиртной напиток, в котором топят свою нищету. Горная равнина (альтиплано), сухая, пустая, усеяна редкими кустарниками, что резко контрастирует с величественными сооружениями Тиауанако, возведенными архитектурным гением. Эти противоречия между древним городом и его природным окружением давно озадачивали исследователей. В 1920 г. известный британский геолог К. Рейнольд Энок поражался:

«Как в регионе, расположенном на такой высоте над уровнем моря, где почти нет средств для пропитания, могло жить многочисленное население и кормить рабочих, которые перевозили гигантские монолиты и строили колоссальные здания, которые можно видеть здесь и в бассейне озера Титикака? Выдвигалось даже предположение, что последняя фаза горообразования в Андах произошла уже после возведения огромных мегалитических сооружений. Хотя это сомнительное объяснение, тем не менее удивительно, как населенный город мог существовать в условиях, где даже не растут злаки».

Примерно в 12 милях от Тиауанако, на 800 футов ниже, находятся озеро Титикака, самое высокогорное, соленое, одно из глубочайших (максимальная глубина 1214 футов) на Земле. Площадь его поверхности — 3200 кв. миль, оно лишь вдвое меньше озера Онтарио. Индейцы с его побережья давно говорят о древнем городе, скрытом в глубине, несмотря на снисходительные улыбки археологов. В 1955 г. бывший инструктор морской пехоты США по нырянию с аквалангом Уильям Мардорф совершил несколько погружений на озере Титикака. По его утверждению, на глубине 95 футов он нашел несколько каменных руин, сходных по стилю с тиауанак-скими, но попытки запечатлеть их оказались неудачными из-за плохой видимости и сравнительно примитивного уровня подводной фотографии в то время.





В ноябре 1980 г. Хьюго Рохо, боливийский эксперт по культурам Анд, установил наличие затонувших искусственных сооружений у побережья Пуэрто-Акоста. В отличие от ученых традиционного направления, которые ничего не нашли в озере, поскольку доверяли исключительно научным методам, ныряльщиков-аквалангистов привел к открытию Элиас Мамане, старейший из местных индейцев. На подводных фотографиях, по описанию Рохо, были видны «храмы, построенные из огромных каменных блоков, с каменными дорогами, ведущими неизвестно куда». Хотя эти сооружения были обнаружены на глубине 45—60 футов, «основания подножия лестниц терялись в глубине озера среди густых водорослей».

Ясно, что подводные здания должны были быть построены еще до существования озера, но тогда дата их сооружения оказывалась невероятно древней. Больше того, геологи знают, что за последние 4000 лет озеро Титикака постепенно отступало от берегов, что умножает и без того невообразимый возраст затонувшего города. Но и сам Тиауанако может быть не менее древним.

Приближаясь к Каласасайе, я обратил внимание на покрытый резьбой горизонтальный каменный блок, поднимавшийся менее чем на три фута над землей, словно монументальные воротца для крокета. Не сразу стало ясно, что это вершина арки, остальная часть которой находилась под землей. Позже мне сообщили, что раскопки проводились лишь на 10% из 400 акров археологической зоны, ученые выявили ряд частично или полностью захороненных сооружений на глубине более 6 футов. Лишь сильные ветры многих тысячелетий, или годы Всемирного Потопа могли нанести так много почвы над ними. После посещения Тиауанако в 19б0-е годы Хельмут Цеттель справедливо заметил: «Горные хребты, окружающие регион, недостаточно высоки для того, чтобы процессы водной или ветровой эрозии погрузили руины на такую глубину. Должно быть, город был затоплен огромной массой воды; когда она отступила, ил покрыл все свидетельства существования высокоразвитой цивилизации, оставив лишь самые большие статуи и монолиты». Очевидно, местные боливийские легенды, относящие сооружение Тиауанако к временам Великого Потопа, имеют некоторую фактическую основу.

В 1930-х годах, когда известный археолог Хулио Те-льо проводил раскопки в Чавине, который тогда считался древнейшим известным городом в Перу, он обнаружил, что каменные арки глубоко захоронены под слоями грязи и щебня. Поскольку рельеф местности не способствовал такому мощному накоплению осадков, Тельо пришел к выводу, что оно произошло в результате серии цунами, обрушившихся на Чавин и заставивших жителей покинуть город. Если это событие соответствовало возрасту руин, оно произошло примерно 3000 лет назад.

Примерно в одной миле к северу от Каласасайи по направлению к озеру Титикака находится другой археологический памятник. Если Тиауанако стоит до сих пор, то превосходно обработанные блоки Пума Пупку разбросаны по местности, словно кирпичи из пенопласта, а не многотонные андезитовые плиты. Некоторые из них, 27 футов в длину и весом до 300 тонн, затмевают даже мегалитическую каменную кладку в Тиауанако. Более того, стилистические различия между Тиауанако и Пума Пунку так велики, что они не могут быть творениями одной культуры. По контрасту с сухой кладкой в

Тиауанако, где камни разного размера точно подгонялись друг к другу, словно фрагменты циклопической головоломки, по краям гигантских плит Пума Пунку вырезаны желоба; после подгонки одного блока к другому в углубления наливали расплавленный металл, который после, остыв, превращался в скобы. Такая конструкция, совершенно не похожая на все созданное андской цивилизацией до или после этого, указывает на изощренную технологию, до сих пор необъяснимую для исследователей.

Тиауанако богат монументальными изваяниями, в Пума Пунку нет никаких статуй. Его строители предпочитали вырезать кресты внутри крестов и треугольники внутри треугольников в очень твердом андезите, как если бы это было мягкое сливочное масло. Сложность и точность этих геометрических узоров далеко превосходит любые аналоги в Южной Америке, а возможно, и мире. Однако камни, на которых они были вырезаны так искусно, беспорядочно разбросаны по высокогорной равнине, словно сметенные мощной стихией. «Беспорядочная груда огромных камней, словно брошенных на Землю чудовищной природной катастрофой, — это все, что остается от Пума Пунку», — писал журнал Reader's Digest. Помимо их оснований, единственное сооружение, которое осталось сравнительно целым, напоминает канал. Это привело некоторых исследователей к выводу, что здесь находился порт на краю озера Титикака, когда его воды простирались так далеко. С другой стороны, находка руин в глубине озера опровергает такое заключение.

Чайлдрес думал над этим противоречием: «Если мощное землетрясение разбросало 300-тонные камни Пума Пунку словно детские игрушки, почему здания Тиауанако тоже не были разрушены? Может быть, потому, что они были построены в более позднее время, после катаклизма?» На эти вопросы нелегко ответить. Не менее трудно объяснить, как Тиауанако мог быть построен в обстановке, почти непригодной для человеческого обитания.

Странным образом руины Пума Пунку гораздо меньше похожи на близлежащий Тиауанако, чем на другой доинкский город, расположенный в Перу на расстоянии около 300 миль. Поднимаясь в горы над Оллантайтамбо, я с изумлением обнаружил, что земля усеяна морскими раковинами. Но все они окаменели, так как крошились почти в порошок от прикосновения, значит, им было несколько тысяч, а не миллионы лет, как утверждает официальная наука. Если эти горы действительно были покрыты океаном задолго до появления человека, любые останки живых организмов должны были подвергнуться минерализации. Я вспомнил, как впервые увидел Анды из открытого окна старого поезда, ползущего по извилистой дороге от Куско до Мачу-

Пикчу у подножия величественных горных пиков. Они были совсем непохожи на Скалистые горы, Аппалачи и Альпы, выветренные, сглаженные под воздействием долгих геологических эпох. Крутобокие Анды дышали свежестью, словно выросли из земли прошлой ночью. Мой рассудок боролся с впечатлением, противоречившим общепринятой геологической теории, но отмеченным многими другими независимыми наблюдателями».

Вот что говорит Дэвид Скарборо, член секции естествознания при Открытом университете:

«К образованию Андского хребта привело столкновение Южно-Американской плиты и плиты Наска. Первая движется в западном направлении от Центрально-Атлантического хребта, вторая — в восточном направлении от Восточно-Тихоокеанского подъема. На линии контакта плита Наска поддвигается под Южно-Американскую. Андские горы расположены над этой зоной. Нижняя плита разогревается от трения и соприкосновения с горячей мантией, куда опускается. Нагревание приводит к частичному плавлению плиты и подстилающей мантии и к образованию магмы, которая поднимается через трещины в земной коре. Большая часть магмы охлаждается и затвердевает в нижнем ее слое, умножая ее объем. Приток тепла над опускающейся плитой также уменьшает плотность коры и обеспечивает ее плавучесть на более плотном и пластичном подкорковом слое. Сочетание этих процессов в регионе способствовало формированию горного хребта Анд».

Такое лаконичное объяснение процессов горообразования в Южной Америке точно отображает развитие ситуации за последние 14 млн лет. Но могло ли оно каким-то образом сильно ускориться, заставляя этот высокий хребет, уступающий только Гималаям, подниматься гораздо быстрее, чем считают ученые? Согласно британскому автору документальных произведений Чарльзу Аллену, «ведущий специалист по геоморфологии Гималаев (Адольф Гансер) утверждал, что некоторые части Гималайского хребта поднялись более чем на 9000 футов за последние полмиллиона лет, этот подъем, вероятно, продолжается со скоростью около 30 дюймов за 100 лет».


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: TERRA INCOGNITA
СообщениеДобавлено: 28 фев 2011, 12:56 
Администратор
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 12 июн 2009, 00:05
Сообщения: 12173
В 1992 г. в период сравнительно умеренной сейсмической активности (5,7 балла по шкале Рихтера) в Южной Калифорнии отдельные части хребта Сан-Габриель поднялись более чем на один фут. За 300 лет до этого на карибском острове Ямайка в результате мощного землетрясения более 8 гектаров суши опустилось в море, а две горы передвинулись почти на четверть мили в течение трех минут. В начале XIX века землетрясение в Новом Мадриде обратило вспять реку Миссисипи и значительно изменило направление ее русла в Южном Иллинойсе. Такие события показывают, что постепенные, практически незаметные изменения иногда перемежаются эпизодами стремительного движения в колоссальных масштабах.

Миллионы морских раковин в Оллантайтамбо, соленая вода в озере Титикака, шестифутовый слой осадков Тиауанако, разбросанные мегалитические блоки Пума Пунку — все это говорит об основании на уровне моря в глубокой древности городов, внезапно вознесшихся к вершинам новоявленных гор. По замечанию Уилкинса, в озере Титикака есть «слой известковых отложений с древними водорослями мощностью около двух метров, что указывает на его формирование в условиях морского побережья. Удивительные следы береговой линии, обнаруженные на горных склонах и стенах боливийского алътиплано, обозначающие пляжи древних морей или уровень очень давно бывших озер, не совпадают ни с нынешним уровнем озера Титикака, ни Тихого океана».

Какой механизм мог вызвать такие масштабные потрясения? Даже самое мощное землетрясение не могло поднять Анды на 13 000 футов за короткое время.

На тектонической карте восточной части Тихого океана показано, что плита Наска сжата между Южно-Американской на востоке и Тихоокеанской на западе, а также блокирована с севера плитой Кокос. Крошечный остров Пасхи находится в срединной точке, где южная граница плиты Наска, идущая с востока на запад, образует Т-образный контакт с Восточно-Тихоокеанским подъемом, идущим с севера на юг. Взаимодействие этих плит объясняет постепенные, как растет человеческий ноготь, процессы горообразования в Южной Америке за огромное время. Но эти процессы могли значительно ускориться, если Тихоокеанская плита внезапно создала огромное давление на плиту Наска в районе Восточно-Тихоокеанского поднятия, что привело к быстрому и даже мгновенному росту Анд.

Ключевые слова здесь «внезапно» и «огромное давление». Они точно описывают условия, существовавшие в эпоху оледенения, которую климатологи называют межледниковым периодом Беллинга. Около 600 000 квадратных миль льда внезапно рухнуло, более миллиона литров пресной воды начало поступать в южный регион Тихого океана каждую секунду. Уровень моря поднялся на 60 футов, вода затопила огромные территории во всей Полинезии. Если бы ново-мадридское землетрясение в начале XIX века произошло не в районе Сент-Луиса, а в центральной части Тихого океана, миллиарды тонн воды затопили бы остров размером с южный Иллинойс. Резкий сброс веса на Тихоокеанскую плиту вызвал давление на плиту Наска по линии соприкосновения с Восточно-Тихоокеанским поднятием. В результате скорость поддвижки плиты Наска под край Южно-Американской плиты резко увеличилась и Анды взмыли в небо.

Катастрофический подъем одних земель, сопровождаемый опусканием других, часто встречается в народных преданиях Океании и находит подтверждение в геологических событиях. Во время экспедиции на остров Фалькон у побережья Тонга в 1885 г. американские землемеры установили, что его высшая точка находится На высоте 290 футов над уровнем моря. 13 лет спустя островок исчез в океане. В 1927 г. остров Фалькон появился на поверхности и продолжал расти до своей нынешней высоты 100 футов. Тот факт, что даже две квадратных мили суши могут затонуть и всплыть заново всего за 42 года — за одну наносекунду по геологическим меркам, —• демонстрирует возможность резкого подъема суши в Тихоокеанском регионе.

Черчвард цитирует высказывания своих современников о разрушительном землетрясении в Японии в 1923 г., когда погибло 156 984 человека: «Островок у побережья Иокогамы погрузился в море, одновременно рядом с ним появился другой. Морское дно поднялось вокруг Иокогамы, глубина уменьшилась». Во втором томе книги «Космические силы Му» он пишет: «На фоне сказанного ранее мы должны принять во внимание то, что происходило на Малайском архипелаге в 1880-е годы, когда сейсмические потрясения, произошедшие в разных частях света вдоль линии газовых поясов, привели к вулканическим извержениям высотой до 10 000 футов».

Упоминание Черчварда о Малайзии напоминает мне о встрече с представительницей министерства культуры этой страны в начале 1990-х годов, когда она рассказала, что затопление древней прародины ее предков одновременно привело к «возвышению» архипелага, где они в конце концов нашли убежище и место для жизни.

Туземцы селунг с архипелага Мергуи у побережья южной Бирмы тоже говорят, что их предки пришли с огромного острова в Тихом океане, где восходит солнце. После многих поколений счастливой жизни дочь злого духа неожиданно появилась в небе и начала метать в воду пылающие валуны. Волны потопа объяли почти всю Землю, все живые существа погибли, за исключением нескольких мужчин, женщин и животных, поднявшихся на вершину высокой горы, куда не достигали волны. Там несколько выживших чародеев стали творить заклинания, чтобы воды: отступили. Постепенно поднялись новые земли, включая архипелаг Мергуи, те, кто спасся, обрели там новый дом и смешались с коренным населением, от которого и происходит племя селунг. Этот миф не только описывает подъем одной большой территории за счет погружения другой, но также связывает потоп с вторжением комет или метеоритов, что является общей чертой разных преданий о гибели древней прародины.

Миссионер Уильям Эллис лично записал типичный пример народного творчества в начале XIX века, до того, как туземные мифы были демонизированы или уничтожены христианскими проповедниками: «Когда земля Хайвики затонула, бог Руа поднял острова Туамоту со дна океана. Точно так богиня Руа-Папа создала Таити». Эти разрозненные воспоминания о лемурийской катастрофе связывают ее с внезапным появлением новых земель и резким всплеском горообразования. Отражают ли они народную память о грандиозном разгуле стихии, пережитом предками народов Азии, Малайзии и Тихого океана?

Если предположение о быстром подъеме Анд в результате катастрофических процессов в земной коре является верным, древние города вокруг озера Титикака были построены на уровне моря более 10 000 лет назад. Представители академического направления считают это неприемлемым, так как уверены, что Тиауанако был построен не ранее 600 г. н. э. Вместе с тем они не в состоянии убедительно объяснить, почему большая часть археологической зоны города захоронена более чем под шестифутовым слоем осадков. До недавних пор эти ученые мужи заявляли, что самые ранние следы цивилизации в Южной Америке начинаются с культуры Чавин около 3000 лет назад. Но в 2001 г. археологи обнаружили большой городской центр в 120 милях к северу от Лимы в долине реки Супе, в 14 милях от побережья Тихого океана. Этот город, где некогда жили 30 000 человек, был основан по меньшей мере за 1600 лет до Чавина. Другое перуанское сооружение, пирамидальная Уака-де-лос-Сакрифисиос, еще более древнее, датировано 2857 г. до н. э. Архитектурное мастерство доказывает, что оно не первое в своем роде, а лишь старейшее из найденных до сих пор. Все это демонстрирует, что археологи по-прежнему далеки от датировки начала Андской цивилизации, корни которой вполне могут уходить в поздний плейстоцен.

Пол Данбевин считает, что мощное внезапное бедствие 1628 г. до н. э. оставило долговечные следы в геологической летописи. «Возникновение коралловых островов Тихого океана тоже могло произойти лишь после 1600 г. до н. э., - пишет он. - Другие радиоуглеродные датировки указывают на период с 1800 по 1500 г. до н. э. для этого тихоокеанского события». Хотя «это тихоокеанское событие» может ассоциироваться с последней фазой уничтожения Лемурии, масштаб природной катастрофы 3100 г. до п. э. был еще большим. Если археологи настаивают, что время конца последней ледниковой эпохи для Тиауанако и Пума Пунку слишком фантастично, то сдвигать его до 1628 г. до н. э. кажется слишком поздним для независимых исследователей. Ко-раль и Уака-де-лос-Сакрифисиос предшествуют окончательному уничтожению Му, но ни в том, ни в другом месте нет следов катастрофы. «Если при погружении этого континента одновременно поднялся Амазонский бассейн, то канал в Пума Пунку был сооружен раньше, до столь драматического факта, и был подобен Панамскому каналу в наши дни», — предполагает Чайлдрес.

Прямоугольный наземный план Тиауанако имеет стилистическое сходство с церемо! шальными центрами, возведенными строителями культуры Салаварри — прибрежной цивилизации, которая, по мнению кураторов археологического музея Трухильо, насчитывает более 5000 лет, хотя большинство ученых за пределами Перу не согласны с такой ранней датировкой. Но если сооружения культуры Салаварри действительно относятся к концу IV тысячелетия до н. э., то они предшествуют глобальной катастрофе, произошедшей в 3100 г. до н. э.

Предстоит еще много исследований, не ограниченных рамками академических предрассудков, прежде чем какой-либо из ныне известных катаклизмов от конца последней ледниковой эпохи до конца XVII века до н. э. можно будет выделить как событие, поднявшее Андские горы на их современную высоту. С большей определенностью можно говорить о лемурийском влиянии на древнюю культуру Южной Америки, которая, в частности, существовала на плато Наска. Здесь находится несколько десятков огромных наземных рисунков, созданных в перуанской пустыне и буквально «превративших ее в самую огромную художественную галерею на Земле». Художники принадлежали к культуре, которую археологи называют Наска скорее для удобства, в честь южного прибрежного района, где были обнаружены геоглифы.

Культура Наска была одним из многих высокоразвитых обществ, предшествовавших хорошо известной империи инков. По официальному мнению, ее расцвет продолжался примерно с 200 г. до н. э. до 400 г. н. э. Некоторые ревизионисты сокращают этот период от начала I века н. э. до 750 г. и относят создание рисунков к заключительной части этого периода. Впрочем, оценки условны, поскольку сами линии не поддаются датировке. Археологи традиционного направления считают авторами рисунков тех же людей, которые изготавливали найденную здесь и изученную радиоуглеродным методом керамику. Но это большая натяжка.

На самом деле нам мало известно о культуре Наска, несмотря на сотни мумифицированных останков и руины крупных оросительных систем. Их происхождение и участь неизвестны, но они бесспорно оказали большое влияние на развитие Андской цивилизации. Главная тайна, конечно, — в знаменитом собрании гигантских рисунков. Они покрывают более 400 кв. миль пустынного побережья южного Перу и разделены на группы, состоящие из геометрических узоров (в основном спиралей и трапецоидов, фигур, похожих на трапецию, но не имеющих параллельных сторон), биоглифов (изображения растений и животных) и 762 линий, иногда уходящих по прямой на расстояние более 20 миль через горы и долины и обрывающихся в никуда.

Люди «выводили» эти линии на засушливой равнине (в пампе), счищая верхний коричневато-серый слой пустынной окалины, чтобы выявить желтый песок внизу, делая небольшие углубления в почве. Масштаб работы можно оценить хотя бы по тому, что подавляющее большинство рисунков состоит из непрерывных линий, они так огромны, что их истинные очертания можно распознать лишь с высоты нескольких сотен футов. На уровне земли об их форме можно только догадываться. Очевидно, эти замечательные геоглифы могли быть созданы с помощью математически изощренной координатной сетки умелыми руками опытных мастеров. Ни одна другая андская культура до или после этого не создавала таких гигантских изображений. Их единственные аналоги в мире — так называемые меловые фигуры на склонах холмов южной Британии. Но ни «Гигант из Дорчестера», ни «Лошадь из Аффингтона» бронзового века в окрестностях Оксфорда не имеют явного сходства с перуанскими рисунками, которые, кстати, гораздо крупнее.

Длина стороны одного из трапецоидов в пустыне Наска превышает 3000 футов. Все биоглифы, в основном изображающие птиц, тоже колоссальных размеров. Размах крыльев альбатроса, в частности, 2100 футов. Рисунки обнаружил случайно пилот легкомоторного самолета в 1930-х годах, после этого предпринимались многочисленные попытки снять покров тайны с линий Наска — от фантазий о древних астронавтах, которые пользовались ими как взлетно-посадочными полосами, до астрономических интерпретаций, в которых геоглифы, предположительно, отображали разные небесные феномены. Все эти теории потерпели неудачу задолго до конца XX века, хотя некоторые ассоциации между рисунками и небесными явлениями были установлены. Однако примерно в то же время гиганты пампы заговорили сами.

Дэвид Джонсон, исследовавший рисунки вместе с коллегами-геологами из Массачусетского университета, предположил некую связь между пустынными изображениями и водой. Они выяснили, что трапецоиды соответствуют подземным источникам воды и нарисованы в тех местах, где водоносные пласты проникают в долину по геологическим разломам в скальных формациях. Некоторые прямые линии идут параллельно водным руслам, высохшим много столетий назад. Один из крупных трапецоидов четко указывает вниз по течению. Примерно тогда же, когда Джонсон установил тесную связь между «линиями Наска» и водой, группа археологов из Иллинойсского университета во главе с Хелен Сильверман, работавшая на крупнейшем археологическом памятнике — Кахуаче, в пустыне Наска, установила недвусмысленную связь между источниками подземных вод и лучевыми линиями, расходящимися из общего центра. Такие центры были расположены именно там, где вода стекает в речную долину, примыкающую к пампе. Группа независимо обнаружила, что многие линии идут параллельно направлению потока воды.

После обзора этих сообщений ведущий археоастро-ном Майкл Эвени заявил:

«Я не сомневаюсь в существовании неких ритуалов в центрах расходящихся линий и трапецоидов, связанных с обеспечением водой, которые люди проводили здесь. Рисунок линий также говорит об отношениях между людьми, создавшими их, и, возможно, об астрономических наблюдениях, связи между точками рассвета/заката и датой появления воды в долинах, примыкающих к пампе... Поскольку многие линии указывают на положение Солнца над горизонтом в начале сезона дождей, не будет ли уместно предположить, что они были созданы в качестве некоего подношения богам дождя?»

Биоглифы в целом дают положительный ответ на этот вопрос. Большинство из них так или иначе связаны с влагой, а следовательно, плодородием. На рисунках, символизирующих воду, — морская водоросль, фрегат и пеликан (обе птицы наполняют водой мешок под клювом), альбатрос. Еще более характерны изображения кита и двух беременных самок, что указывает на прямую связь между водой и жизнью. Не случайно появление здесь лисы, в местных преданиях она —- один из главных персонажей мифа о Великом Потопе. Вода затопила весь мир, кроме вершины горы Вилкакокто, где люди и животные нашли убежище от бушующих волн. Лиса появилась последней, и поскольку вершина горы уже была заполонена спасающимися, была вынуждена сидеть на самом краю, окунув конец хвоста в воду. Когда вода отступила, все спустились вниз и увидели, что кончик лисьего хвоста потемнел от воды; эта черта передалась всем ее потомкам и символизировала умение сохранять жизнь в самых неблагоприятных условиях.

Две фигуры — колибри и паук — тоже выбиваются из общего ряда. Однако колибри — единственная птица, которая питается исключительно цветочным нектаром. Из-за гротескно вытянутой правой ноги археологи считали рисунок паука в пустыне Наска изображением сказочного существа. Однако в 1991 г. именно такой экземпляр был обнаружен зоологами, но не в Перу, а на другой стороне южноамериканского континента, в бразильском дождевом лесу. У этого вида пауков, известного как Ricinulei, на удлиненной правой ноге находится мужской половой орган, но она также используется для впитывания бусинок влаги с листьев во время утренней росы. Это самый маленький паук в мире, которого почти невозможно увидеть невооруженным глазом. Следует отметить, что колибри — самая маленькая птица на Земле. Однако оба существа, изображенные на пустынном «полотне», имеют гигантские размеры. Откуда древние художники могли знать о пауке Ricinulei, не говоря уже о его связи с водой? Любые контакты между прибрежными районами Перу и далекой Амазонией, отделенной от них Андским хребтом, кажутся почти невероятными.

Тем не менее существуют инкские и доинкские предания о Виракоче, «Пене Моря», полубожественном человеке, который совершал далекие путешествия, иногда морские, иногда сухопутные, и приносил блага цивилизации всем народам Южной Америки. Его эмблема как минимум дважды появляется на равнине Наска и в обоих случаях ассоциируется с подземными источниками воды. У одной обезьяны длиной 180 футов четыре пальца на правой руке; считается, что у Виракочи тоже не хватало одного пальца. Ее хвост завернут в спираль, которая находится прямо над подземным водоносным пластом. Другая спираль диаметром 270 футов нарисована на южном берегу близлежащей реки Ингениум и с такой же точностью расположена над водным источником. Так называемый геоглиф Птенца указывает на высохший водоносный горизонт четырехпалой правой лапой. 90-футовая уподобленная человеку фигура на холме одной рукой указывает на землю, другую поднимает к небу, словно обращаясь с мольбой. Птичья голова наводит на мысль, что это Совиная Женщина — могущественная шаманка, которую до сих пор почитают некоторые туземные племена региона как подательницу урожая. На северном побережье Чили, в 500 милях к югу от пустыни Наска, находится самое большое в мире наземное изображение человека. Его обнаружил в 1967 г. Эдуардо Дженсон, генерал чилийских ВВС. Это 270-футовый рисунок божества или шамана, лучи духовной силы исходят из его головы. «Человек из Керро Унитас» известен индейцам племен фокс, кикапу и сауков в Иллинойсе, Мичигане и Висконсине как божественное олицетворение орошения.

Другое связующее звено между Южной и Северной Америкой — так называемый Андский Канделябр, гигантский геоглиф, вырезанный на склоне холма в бухте Писко в окрестностях Паракаса. Он виден на расстоянии более 12 миль от берега со стороны Тихого океана. Его назвали так испанские мореплаватели, которые сочли этот символ благоприятным знамением для завоевания Перу. Им казалось, что на рисунке изображен большой подсвечник со священными свечами, какие зажигают во время католической мессы. Однако для индейцев навахо, чертивших рисунки на песке на юго-западе США примерно в 4000 милях к северу от огромного геоглифа, точно такой образ обозначал Древо Жизни под питающим его дождевым облаком. Как и другие перуанские наземные рисунки, геоглиф из Паракаса тесно ассоциировался с водой.

Изображение

Самый большой в мире геоглиф — «Человек из Керро Унитас» в Чили

Размер рисунка (596 футов) не только поражает воображение, но и заставляет задуматься. В середине 1950-х годов после 20 лет кропотливых исследований «линий Наска» немецкий математик, энтузиаст-любитель Мария Райхе определила, что они были вычерчены в соответствии с общей единицей измерения в 5,95 фута, которая не использовалась ни одной другой андской культурой.

Хотя многие рисунки в пустыне Наска действительно можно хорошо разглядеть лишь с высоты, не обязательно подниматься на воздушном шаре, чтобы оценить их подлинную конфигурацию. Довольно точное представление о биоглифах постепенно складывается в уме людей, которые проходят по непрерывным линиям, сосредотачиваясь на них и подмечая их детали. Почти не вызывает сомнений, что это были ритуальные тропы, используемые древними для визуализации священных символов при молитвах о воде.

Такая теория не должна оскорблять чувства консервативных ученых, но они наверняка отнесутся к ней с подозрением. Явные водные ассоциации геоглифов пустыни Наска, остатки поистине грандиозных оросительных проектов невольно заставляют подумать о людях, весьма встревоженных уменьшением запасов пресной воды во все более сухом климате. Ясно, что, поселившись на южном побережье Перу, они не стали бы развивать свою цивилизацию в бесплодной пустыне. Здесь были плодородные долины с полноводными реками. Многочисленные руины глубоких, искусно сооруженных водотоков и десятки рисунков, так или иначе связанных с водой, свидетельствуют о культуре, переживавшей кризис, вовлеченной в отчаянную борьбу с наступающей пустыней — борьбу, в которой не было шансов на победу. Однако геологи знают, что прибрежные районы южного Перу не стали самым сухим местом на Земле, каким являются в наши дни, всего 1300— 1600 лет назад, когда, согласно традиционным археологам, культура Наска находилась в поре расцвета. Напротив, долина Наска превратилась в пустынный регион 6000—5000 лет назад. Это означает, что местные жители, по меньшей мере частично, были современниками первых фараонов Египта, также известных своими масштабными ирригационными проектами в долине Нила.

Вероятно, экологическое преображение Южной Америки наступило в результате глобальной перемены климата. В таком случае, культурный уровень андской цивилизации этого времени уже определен (по крайней мере, в среде перуанских ученых) и известен как период Салаварри. Около 3100 г. до н. э. церемониальные курганы с платформами из глиняных кирпичей, окруженные прямоугольными стенами, очень напоминающие древнейшие династические церемониальные центры в долине Нила, появились вдоль южного побережья Перу. Отсюда следует, что рисунки и линии на равнине Наска не могли появиться менее 2000 лет назад, как утверждают косные археологи. Они возникли в результате отчаянных попыток людей спасти свою цивилизацию от неодолимого натиска пустыни, в поисках новых источников воды и ритуальных призывов к дождю. Однако условия жизни продолжали ухудшаться, пока не стали невыносимыми для развитого общества. Около 2000 г. до н. э. от культуры Наска остались лишь огромные водоводы, постепенно занесенные песком, и бессловесные образы тщетных молитв, обращенных к небесам.

Представители культуры Салаварри могли выложить огромные геоглифы и биоглифы, но кто ее создал? В XX веке археологи считали, что население прибрежных районов Перу 5000 или 6000 лет назад было ничтожно мало и делилось на племена первобытных охотников и земледельцев. Однако этому выводу противоречит открытие ритуальных центров, относящихся к тому времени, и особенно «линий Наска». И в том, и в другом случае были необходимы совершенные землемерные навыки и единая система измерений. Мы не имеем представления об эволюции этих знаний, которые, должно быть, накапливались в течение долгого времени, скорее всего, технология, необходимая для создания таких монументальных сооружений, как ритуальные центры и «линии Наска», возникла где-то в другом месте и впоследствии была перенесена в Южную Америку. Более того, над созданием этих крупномасштабных проектов трудилось множество людей. Ученые академического направления долго отказывались признавать этот очевидный факт до публикации результатов раскопок в обширной археологической зоне, известной как область Нортечико примерно в 120 км от Лимы. Даже некоторые респектабельные американисты, такие как Майкл Мозли, выдвигали аргументы в пользу «морского происхождения андской цивилизации» на побережье Тихого океана.

Предположение Мозли подтвердили работы в Нортечико, когда было обнаружено 24 погребенных архитектурных монумента с просторными, обнесенными стенами площадями, ступенчатыми пирамидами и жилыми кварталами. Большие запасы пеньки, использовавшейся для изготовления корабельных канатов, указывают, что затерянные города были портами или, по меньшей мере, имели тесную связь с морем. Радиоуглеродные датировки подтверждают, что расцвет Нортечико относится к 4900 г. до н. э. Таким образом, культура Салаварри, существовавшая почти 1800 лет спустя, наконец получает свое место в истории. Глубокая древность в сочетании с высокоразвитой строительной технологией, без каких-либо признаков предыдущей культурной эволюции, недвусмысленно свидетельствует, что цивилизация была перенесена в Южную Америку из Лемурии.

Лемурийцы — единственные достойные кандидаты на роль древних мастеров, которые оставили после себя величайшую в мире художественную галерею. Они обладали высокой культурой задолго до того, как плодородная долина западного Перу превратилась в одно из самых сухих мест на Земле, а значительно позже попытались сдержать наступающую пустыню, сочетая духовные и технологические возможности в ту эпоху, когда наука и религия были неразделимы и неотличимы друг от друга. Немало мумий из пустыни Наска, которые археологи связывают с культурой Паракаса, оставившей наземные рисунки, с рыжими волосами. В народных преданиях Полинезии и Британской Колумбии лемурийцы славятся своими рыжими волосами.

Солидная коллекция этих мумий хранится в музее Герреры в Лиме, где они выставлены в отдельном зале. Примерно у трети из них ярко-рыжие волосы; немного меньше блондинов, рыжеватых и русоволосых — и это среди коренного андского населения, где подавляющее большинство — брюнеты. Сотрудники Хейердала установили, что волосы теряют блеск после смерти, но их цвет остается неизменным. Мумии находятся в стеклянных витринах; при тщательном осмотре с увеличительным стеклом не выявлено никаких признаков искусственной окраски волос в рыжий или соломенно-желтый цвет. К сожалению, кураторы музея не позволили мне сфотографировать светловолосые человеческие останки и взамен пытались продать мне книгу о мумиях. В ней было несколько фотографий одной из них, но они были защищены авторским правом и не подлежали воспроизведению. Таковы ограничения на исследования в современном Перу!

Расовая принадлежность андских мумий указывает на гораздо более глубокую древность, чем I век до н. э. — датировка, присвоенная им традиционной наукой. При прокладке водопроводных труб через 120-футовый курган возле чилийского города Арика в ноябре 1983 г. рабочие случайно откопали некрополь, где было 96 мумифицированных трупов в превосходном состоянии. Радиоуглеродный анализ, проведенный американским патологоанатомом Марвином Эллисоном, определил их возраст — почти 8000 лет. Это открытие резко противоречило убеждению «академиков» науки, что первая человеческая цивилизация зародилась в Месопотамии 5400 лет назад, а первая южноамериканская цивилизация появилась почти 1000 лет спустя. Однако неоднократные анализы доктора Эллисона, подтвержденные его коллегами, датировали древнейшую мумию из окрестностей Арики 5810 г. до н.э., то есть примерно за 2600 лет до первых известных египетских мумий. Если их чилийские аналоги предшествовали и месопотам-ской, и египетской культуре, откуда они могли происходить, как не из Лемурии?

Не случайно мумии из Арики были найдены недалеко от холма Керра Унитас в пустыне Атакама, на склоне которого начертана гигантская человеческая фигура. Во времена испанского завоевания индейцы молпе носили ложные бороды, сделанные из керамики и подвешенные к подбородку через отверстие, проделанное в челюстной кости. Эта болезненная имитация служила напоминанием о предках, прибывших из-за моря, спустя долгое время после Великого Потопа — любопытный способ для людей, у которых не росли волосы на лице.

Хотя почти невозможно определить точные временные рамки создания огромных геоглифов в Чили и Перу, поселенцы из Лемурии скорее всего прибыли на тихоокеанское побережье Южной Америки более 5000 лет назад, вероятно, не позднее 3500 г. до н. э., а может быть, за несколько столетий и даже тысячелетий до этого.

Свидетельство такой глубокой древности было обнаружено примерно в 500 милях к югу от пустыни Наска, в Монтеверде в южном Чили. Речь идет об оседлом сообществе пастухов и собирателей, возраст которого — 13 000 лет, как раз то время, когда первые люди, предположительно, стали проникать в Северную Америку из Сибири по Аляскинскому сухопутному мосту, расположенному в 3000 миль на севере.

Эти люди воздвигли более десяти прямоугольных деревянных, покрытых шкурами мастодонтов жилищ, длиной от 9 до 15 футов. Они выстроены параллельными рядами к востоку и югу от бухты Чинчихуапи. В каждом доме был свой очаг, костер для общих трапез разводили снаружи, в большом углублении, выложенном камнями. Устройство жилищ довольно совершенно для своей эпохи, но особо сильное впечатление произвел найденный здесь своеобразный Медицинский гербарий.

В необычном сооружении, напоминающем по форме в ил очковую железу, археологи обнаружили остатки 27 целебных растений. Некоторые из них выращивались на месте, другие доставлялись за сотни миль с побережья Тихого океана и высокогорий Анд. Судя по всему, в Монтеверде жила община лекарей, которые собирали, готовили и распределяли целительные препараты. Эти фармакологические знания позволяют отнести поселенцев к материальной культуре, совершенно не похожей на культуру чилийских туземцев того времени. Более того, обитатели Монтеверде не могли достигнуть глубин Южной Америки из далекого севера; они, несомненно, пересекли океан и прибыли с запада. Их осведомленность в медицине и высокоразвитая общественная организация указывают на то, что представители заморской культуры во всех отношениях были цивилизованными людьми.

Первые лемурийцы прибыли в Перу, вероятно, в качестве миссионеров, но привлекательность долины Наска заставила их забыть о возвращении домой. Впоследствии к ним присоединились другие соотечественники, население новой страны с плодородными землями увеличилось настолько, что появились городские образования, руины которых сохранились вокруг ритуальных центров культур Нортечико и Салаварри. В конце IV тысячелетия до н. э. климат стал меняться, условия жизни неуклонно ухудшались. Лемурийцы старались справиться с разрастающимся экологическим кризисом, совершенствуя оросительную систему. Начав отступать под натиском пустыни, они подкрепили свою инженерную технологию колдовством, основанным на внушении, и общинной духовностью. Огромные изображения, символизирующие воду, стали средоточием массовых паломничеств для накопления и удержания психических энергий всего населения. Когда тысячи мужчин, женщин и детей ходили по лабиринту извилистых линий, изображающих фрегатов, китов, пауков, ящериц, обезьян, морские водоросли, начертаний других геоглифов, их молитвы и медитации, в сочетании с символами, вызывали дождь или пробуждали артезианские источники.

Осенью 1994 г., когда я зашел в бар «Камикадзе» в Куско, бывшей имперской столице инков, в надежде получить немного жидкости для подкрепления духа, старый индейский шаман из племени кечуа сказал мне, что геоглифы в пустыне Наска сперва не были предназначены для обозначения водоносных пластов. Скорее наоборот: они были выложены в центре пустыни, где не было никаких признаков влаги, а затем по ним прошли «древние». Сделав это, они чудесным образом призвали подземную воду из ниоткуда. По его словам, речь идет об одновременном внушении большому числу людей с использованием колоссальных образов как инструментов для концентрации и усиления энергии. Именно в этом подлинный смысл огромного изображения Совиной Женщины с одной рукой, поднятой к небесам, другой — указывающей на землю. Она воплощает вечную магическую аксиому «что наверху, то и внизу».

«Сова — символ мудрости наших предков, — сказал он. — Ее огромные глаза позволяют видеть во тьме вещи, скрытые от других. Древние, которые начертили образ Совиной Женщины, и все остальные не только медитировали, когда ходили по линиям, но танцевали и пели, чтобы достигнуть измененных состояний сознания, находясь в которых можно было призывать энергии Вселенной и управлять ими».

Услышав это древнее предание из уст человека, чья жизнь была посвящена сохранению народных традиций, я вспомнил знаменитый «Танец дождя», известный в многочисленных вариантах каждому индейскому племени от Канады до Чили. Подумалось также о совместных психоэнергетических ритуалах, впервые возникших среди посвященных в тайны Лемурии. Возможно, паранормальные силы были применены здесь в попытке сохранить старейшую цивилизацию Южной Америки от гибели и распада. В таком случае, гигантские, но все же хрупкие изображения, до сих пор украшающие равнину Наска, остались единственным свидетельством проигранной переселенцами из Лемурии в доисторическом Перу отчаянной битвы с неодолимыми силами природы, которые впоследствии, хотя и иначе, погубили их затерянную прародину.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: TERRA INCOGNITA
СообщениеДобавлено: 01 мар 2011, 13:30 
Администратор
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 12 июн 2009, 00:05
Сообщения: 12173
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

ДОЛГ АЗИИ ПЕРЕД ЛЕМУРИЕЙ









Ныне общепризнано, что ни одно религиозное убеждение, ни одно историческое предание, каким бы абсурдным оно ни казалось, не может считать истинным большинство людей в течение длительного времени, если оно с самого начала не имело какой-то фактической основы. Мы можем быть уверены, что бессмысленных мифов не бывает, что мифология — не горстка нелепых выдумок для вульгарной забавы. Ни одно сказание, сколь глупым или фантастическим оно бы ни казалось, не дожило бы до наших дней, не будь основано на значимых событиях.

Г.Г. Бенкрофт, американский антрополог конца XIX века





Разные коренные народы юго-запада Северной Америки славятся своими песчаными рисунками. Эти графические, хотя и эфемерные, шедевры создаются из кукурузных зерен, кусочков угля, цветочных лепестков и красного, желтого или белого песка, струящегося между пальцами художников из племен хопи, апачей, папаго, зуни или навахо. Рисунок наносится на белый фон оленьей кожи, раскинутой на полу простого жилища — хогана. Узоры повторяют традиционные, известные в течение бессчетных столетий, с небольшими изменениями и дополнениями. Некоторые рисунки, по сути, краткое изложение народных преданий, другие, так называемые «песни», якобы обладают целительными свойствами. «Пациент» усаживается в центре рисунка, где его окружают магические образы, поглощающие боль и зло. Превосходное мастерство исполнения предназначено для привлечения духов-врачевателей, с которыми больной встретится после церемонии очищения, которая может включать индейскую баню, прием лекарственных зелий, ритуальные ванны, половое воздержание.

Все художники — члены племенной гильдии, где они познают значение и мистическую силу их искусства, передаваемого из поколения в поколение, осваивают азы ремесла. Около 700 лет назад, когда их предки переселились на юго-запад, они могли перенять технику «сухого рисования» от местных индейцев пуэбла или анасази, живших в удивительных городах, высеченных в скальных стенах каньона Дюшелле и Каса-Гранде. Но мифическая традиция приписывает происхождение этого искусства «святым людям». Давным-давно, до Великого Потопа, эти невидимые благодатели поделились своей духовной силой с Народом Ветра, который передал свои знания индейцам навахо. В легенде повествуется о Те-о-сол-хи, морском боге, который велел водам океана подняться, чтобы покарать койота, похитившего его дочь. Люди были вынуждены бежать и спаслись от надвигающегося прилива в Америке. Когда они нашли койота и передали его Те-о-сол-хи вместе с пропавшим ребенком, воды отступили.

Другой песчаный рисунок рассказывает историю Тсил-ол-ни, «Кружащихся бревен», где Народ Воды похищает земного героя и его последователей и уносит их в свой дом на дне моря. Те просят помощи у Черного Бога, который угрожает наслать огонь с небес. Народ Воды отпускает пленников и в качестве возмещения за пережитые ими тяготы делится знахарскими секретами с главным из них и членами его семьи, которые становятся предками навахо. Позже герой видит конфигурацию из кружащихся бревен с парами черных и белых yei, мудрых духов, стоящих на внешних концах образующегося креста. Они дают ему семена и наставления о способах земледелия, которое становится основой их жизни на юго-западе.

Рисунок Тсил-ол-ни часто использовался в знахарских церемониях. Его «кружащиеся бревна» с мудрыми духами на концах образовывали контуры свастики. Существовали два ее варианта, соответствующих двум мировым потопам, одному на востоке, другому — на западе, о которых говорят индейцы хопи. Левосторонний посвящался прибытию выживших после катастрофы на востоке, где, по мнению некоторых исследователей, находилась Атлантида. Более раннюю миграцию через океан, с запада, символизирует правосторонний вариант. Предания об этих переселениях причудливо сочетаются в Камне-Лабиринте — сером валуне с замысловатым узором, заключенным в квадрат со стороной 3,5 фута.

Петроглиф находится на склоне горы к востоку от Хемета в штате Калифорния, примерно в 90 милях к юго-востоку от Лос-Анджелеса. Легкая патина на его поверхности, известная как «пустынный загар», указывает, что резьба была выполнена 4—3 тысячи лет назад, несмотря на возражения консервативных археологов (основанные на сомнительных свидетельствах), что им не может быть более нескольких сотен лет. Лабиринт имеет форму свастики, но в нижнем левом углу квадрата есть простой, гораздо меньший по размеру, правосторонний крест с загнутыми концами, известный в буддизме как sauvastika (правосторонняя свастика). Правосторонняя и левосторонняя свастики — распространенные образы в Юго-Восточной Азии, где они обозначают правую и левую ноги Будды и ассоциируются с его миссионерскими странствиями по миру. Как таковая буддийская свастика на калифорнийском петроглифе свидетельствует о том, что азиаты и древние американцы могли независимо получить этот символ из общего источника.

Черчвард считал свастику лемурийской эмблемой за десятилетия до того, как узнал, что этот знак использовали индейцы хопи для обозначения прибытия бежавших от Великого Потопа. Он утверждал, что свастика первоначально была одним из самых важных символов Лемурии, воплощавшим «четыре великих первозданных силы» Вселенной и «Ключ всемирного движения». Сходные мотивы присутствуют в других произведениях искусства навахо, таких как «кружащиеся радуги» в форме свастики, которые, по свидетельству «песчаного художника» из племени отоми Дэвида В. Вилласеньора, представляют собой «самую мощную силу в творческом духе эволюции».

Радуги стражи — Na'a-tse-elit yei — защищают от повторения потопа, уничтожившего прошлый мир. Черчвард писал, что лемурийская свастика обозначала силу, «действующую с запада на восток», что совпадает с преданиями хопи, которые соотносят миграцию своих предков с запада на восток с правосторонней свастикой. Народ соседнего племени чтит Пошайанкайю, который привел предков зуни на американский Юго-За-пад после почти полного истребления во время Великого Потопа. В память об этой массовой миграции некоторые изделия зуни украшены узором из свастик.

Если бы этот, предположительно лемурийский, знак отсутствовал на островах Тихого океана, мы могли бы усомниться в его связи с Му. На самом деле, он пользовался особым почтением у гавайцев под названием Крест Теаве и, согласно Лейнани Мелвилл, обозначал «Верховного Отца, бога пламени, которого часто называли «Всемогущим пламенем Творения», породившим все формы жизни на Земле». Описание свастики не только характеризует Лемурию как источник цивилизации, но и перекликается по смыслу с греческой свастикой, знаком Прометея, чья палочка для добывания огня была подарком первобытному человечеству. По другую от гавайцев сторону Тихого океана, когда неграмотным полинезийцам предлагали подписывать документы, составленные европейскими исследователями конца XVIII века, они часто рисовали правостороннюю свастику, этот символ использовался их предками во время Великого Потопа.

Гавайский жрец мистического культа кахуна носит головной убор, напоминаюищй те, что приняты «желтошапочников», последователей тибетского буддизма. На Гавайях и в Тибете сохранились туземные предания о миссионерах, прибывших из допотопного царства

Свастика также включалась в декоративное украшение из перьев, символизировавшее Чаучиутликуэ, «Владычицу в бирюзовом платье» — морскую богиню, изображаемую в храмовой живописи восседающей на троне, вокруг которого люди тонут в огромных водоворотах. Миф о Чаучиутликуэ явно отражает воспоминание о страшной морской катастрофе. Как и гавайский Крест Tea ве, крест майя с загнутыми концами символизировал огонь.

Считается, что свастика была занесена в Индию вторгшимися арийскими племенами в XVIII веке до н. э., но она уже почиталась как священный символ цивилизацией долины Инда за тысячу лет до этого. На оборотной стороне знаменитой цилиндрической печати из Мохенджо-Даро с изображением бизона нарисована правосторонняя свастика.

То обстоятельство, что знак свастики играл важную роль в ритуалах многих культур в течение тысячелетий, не так удивительно, как практически одинаковое его смысловое значение у совершенно разных народов. Мы снова встречаем свастику высоко в горах Гималаев, где этот символ, нанесенный на язык Ньятри Тсенпо, обеспечил ему трон первого царя Тибета. Легенда подразумевает, что он говорил слова, исполненные тайного смысла. Знак свастики был повсеместно признан как обозначение высшей духовной силы и назван писателями-символистами Татьяной и Мирабель Блау «остатком древнетибетской религии Бон».

Бон — обобщающий термин для разных мистических традиций Тибета, существовавших до начала VIII века н. э., когда они смешались с буддизмом и образовали политеистический синтез. Он происходит от словосочетания Бон па — «декламация магических формул», и подразумевает духовные знания, управление демоническими силами, переселение душ в те или иные материальные формы. Последователи этого анимистического культа, считающего все предметы одушевленными, верили, что декламация или монотонное песнопение на определенные тексты, известные как мантры, оказывает мощное воздействие на духовный и физический план бытия. С помощью мантры можно было сплести заново ткань отдельной человеческой судьбы или поднимать в воздух многотонные каменные блоки, находясь в измененном состоянии сознания.

Мистическая религия шаманского экстаза и манипулирование звуком, писал тибетский историк Нанкхай Норбу, были представлены в начале И века до н. э. чужеземцем по имени Шенраб Мивоче. Как и буддисты, которые пришли спустя много столетий после него, Мивоче объединил туземные мистические культы под общим названием Бон. Он поселился в Шансуне, на западе Тибета, между горой Кан Ринпоче (более известной как Кайлас) и озером Мафам, или Манасаровар, которые до сих пор остаются двумя самыми священными местами в мире для миллионов жителей Азии. По замечанию Норбу, этот регион «во всех отношениях можно считать колыбелью тибетской культуры». Гору Кайлас называли «горой свастики», она якобы ось мира, вокруг которой вращается Земля, для паломников, испытывающих духовное озарение. Термин «Ось мира», или «Пуп Земли», ранее уже встречался во время наших поисков следов Лемурии на острове Пасхи, первоначально известном как Те-пито-те-хенуа, а также в инкской столице Куско.

Норбу пишет о Мивоче: «Главной целью его миссии было обновление и реформирование существующих родственных и ритуальных традиций», а не их искоренение; к примеру, он заменил ритуалы жертвоприношения людей и животных на жертвенные подношения в виде глиняных фигурок, этот обычай до сих пор соблюдается далай-ламой и его последователями. Судя по его заботе о сохранении жизни, мы можем прийти к выводу, что принцип сострадания ко всем живым существам, центральный в тибетском буддизме, тоже связан с Мивоче. Место, где он поселился, насыщено ассоциациями с его таинственными идеями. Если шан означает «дорогой», «возлюбленный», тун — тибетская птица Га-руда, мифическое воплощение огня, чья эмблема — свастика. Однако «огнем Мивоче» была энергия Кундо-лини, которой обладают все чувствующие существа — внутренняя энергия, распространяющаяся вверх от витка у основания позвоночника человека. Ее можно либо превратить в пламя с помощью катарсиса, либо пробудить в результате медитации для духовного просветления и диалога с Великим Сострадательным Разумом, который есть Вселенная. Этот «огонь» считается самым активным из пяти элементов религии Бон.

После обращения местного царя Тривера Чаручена мистицизм Мивоче распространился по восточному и центральному Тибету, где пустил такие глубокие корни, что все последующие попытки запретить его провалились. Даже после того, как царский храм и ламаистские монастыри гомпа в Тотлинге были разрушены и покинуты в XVII веке, под влиянием Бон буддизм в Тибете развивался совсем не так, как в других странах. Его уникальность — результат синтеза двух религиозных и культурных традиций.

Одно из отличий тибетского буддизма от остальных форм этой религии — священное искусство создания ритуальных изображений из песка. Его существование у двух народов на разных концах нашей планеты давно озадачивало антропологов, не хотевших присоединиться к их консервативным коллегам и отвергать любые аналогии между Центральной Азией и Юго-Западной Америкой как чистое совпадение. Хотя обе версии имеют существенные различия, есть поразительные черты сходства. Среди самых важных — крест с загнутыми концами, который буддистские монахи и шаманы навахо включают в свои рисунки как главный символ духовной силы. Тибетский аналог Тсил-ол-ни — Калачкара, «Колесо времени», воплощающее мудрость таких учителей, как Будда, в песчаном рисунке. Это мандола, символическое изображение космических энергий, с которыми хотел слиться ее творец. Создание мандалы само по себе — разновидность медитации на тему безграничного сострадания.

Как и американские индейцы, монахи проходят специальный курс обучения под руководством мастера, который следит, чтобы традиционные линии и узоры воспроизводились с минимальными отклонениями. Калачкара — идеализированный образ небесного города, места безупречной гармонии, где достигается высшая цель просветления. По обе стороны мира молитвы и священные песнопения сопровождают создание песчаного рисунка. После завершения церемонии избавление от песка является важным ритуалом для обеих культур. Индейцы навахо собирают зерна в совок и относят в дальний северный угол жилища для захоронения в направлении, которое ассоциируется с выходом в следующий мир. Тибетцы бросают освященный песок в океан (реку или озеро, если они находятся далеко от побережья) в честь далай-ламы, чье имя означает «океан сострадания». В любом случае, поражает не только сходство этой необычной живописи, но и особое значение, которое ей придают тибетцы и индейцы юго-запада Америки, пользующиеся песчаными рисунками для достижения измененных состояний сознания. Особыми цветами у обоих народов обозначаются главные линии, на рисунках непременно есть одна центральная и четыре горы вокруг нее. Тибетская молельная палочка тоже известна шаманам навахо. Эти аналогии — за пределами обычного совпадения, крест с загнутыми концами не случайно главный священный символ и в Центральной Азии, и в юго-западной Америке.

Параллели становятся еще более тесными при сравнении мифов каждой из культур. У тибетцев свой вариант предания о Народе Воды, духовных, наставниках, обучавших предков индейцев навахо. В chog tabs, Мифах Творения, рождение Шенраба Мивоче в 1917 г. до н. э. означает, по словам Норбу, «начало тибетской истории». Как уже говорилось, он не был коренным жителем Тибета, но принадлежал к первой из пяти рас, прибывших с последовательными волнами иммиграции. Эти расы, в порядке от наиболее современной к древнейшей, назывались Ра, Дру, Тонг, Донг и Му. Все они, вместе с коренным народом Се, символизируются шестью лучами восходящего солнца, изображенного на тибетском национальном флаге. Восходящее солнце знаменует направление, откуда прибыли чужеземцы, и намекает на солнечный культ лемурийской прародины.

Как и первые жители Полинезии на далеких Гавайях, люди народа Мивоче называли себя Му, они считались «древним классом небесных божеств», владевших огромной духовной силой, отмечает Норбу. Во главе их пантеона был небесный бог с явно лемурийским именем dMu-bDud Kam-Po Sa-Zan. Мивоче родился в начале II тысячелетия до н. э., через 276 лет после катаклизма 2193 г. до н. э. и за 289 лет до окончательной катастрофы 1628 г. до н. э. Иными словами, он жил спустя много лет после того, как его родина оправилась от трагедии, которая едва не привела к ее полному уничтожению, но за столетия до ее гибели в волнах океана. Дата рождения Мивоче особенно правдоподобна в посвященных ему лемурийских сказаниях, в отличие от многих других легенд о герое Потопа, спасающегося на чужбине, в них нет речи о природных катастрофах, Лемурия в то время не испытывала чрезвычайных сейсмических потрясений.

В этот спокойный промежуток продолжительностью 565 лет лемурийцы распространили свою сверхъестественную просвещенность во многих землях. Одним из мореходов-миссионеров был Мивоче, среди примеров духовного знания, которое он нес с собой, поныне вспоминаемый dmu dag или rmu thag (шнур Му), с помощью которого посвященные в тайны учения пролетали через небо в любое место на Земле или небосводе. Это был бесконечно удлиняющийся серебряный шнур, прикрепленный к солнечному сплетению, позволявший человеческому сознанию странствовать во Вселенной, не рискуя отделением души от тела, что неизбежно приводило к гибели. Называемый теперь астральной проекцией, этот феномен, видимо, берет свое начало от народа Му, который коренные тибетцы считали «древним классом небесных существ».

Мивоче также рассказывал о зарождении человечества. По его словам, в начале времен боги, уставшие от бескрайней пустоты Вселенной, сотворили космическое яйцо, которое в конце концов проклюнулось от своей внутренней энергии. Из желтка было создано первое свидетельство цивилизации — khro ch dmu rdzong, «железная крепость Му». Потом из яйца вышел Сидпа Сангпо Бумтри, зрелое проявление самих богов в человеческом облике — белый человек (drkar, буквально «белый»), «царь бытия, изобилия, благости и добродетели», повествуют мифические тексты, переведенные Норбу. Из другого яйца, наполненного голубым светом, вышла прекрасная женщина, которую Сидпа Сангпо Бумтри назвал Койпа Чучаг Гуэльмо за аквамариновую кожу. Ее волосы ниспадали до плеч семью голубыми косами, которые он сравнил со своими, семью бирюзовыми камнями. От их союза родились srid pa pho dgu и srid pa mo dgu, первые мужчины и женщины, предки человечества, включая Thum thum trial med rje, «Пробужденного властелина Му». Эта космологическая история явно описывает рождение не только цивилизации, но и самого человечества. Она также напоминает самый важный ритуал жителей острова Пасхи — ежегодные соревнования по плаванию к прибрежному островку Муту, когда первый, кто возвращался с яйцом сажистой крачки, удостаивался высших почестей. Вероятно, эта весенняя церемония проводилась в честь того самого космического яйца, о котором упоминается в тибетском мифе. В любом случае, лемурийская сущность Сидпа Сангпо Бумтри не вызывает сомнений, хотя значение Койпа Чучаг Гуэльмо менее очевидно. Появление женщины из голубого яйца и ее аквамариновая кожа могут быть метафорами океана, поскольку лемурийская цивилизация развивалась в тесном взаимодействии человека с сушей и морем. С другой стороны, голубой цвет может символизировать третий глаз, лобную чакру — энергетический центр цвета индиго, ассоциирующийся с восприятием духовной истины. Гораздо яснее отождествление Thum thum mal med rje, «Пробужденного Властелина Му», с мастером духовного просвещения. По всем сведениям, Лемурия была прародиной не только человечества, но и мистических искусств.

Во время путешествий по центральному Тибеау в начале 1980-х годов Чайлдрес посетил поселок Пурна и монастырь Пхуктал Гомпа на склоне утеса. Там в монастырской библиотеке хранилась, как утверждал один из местных монахов, информация о стране Му, также называемой Рутас, где публичное образование предположительно состояло из 12 степеней, примерно эквивалентных начальной и средней школе в современной Америке. В Тринадцатой учили людей, обладавших выдающимися эзотерическими способностями, — будущих лемурийских мистиков, ревностных сторонников веры в таинственные силы и учителей. По словам монаха, задолго до окончательной катастрофы эти мастера посвященные совершали морские путешествия во многие части света, где проповедовали возвышенную систему верований. Судя по всему, среди них был Шенраб Мивоче.

После трагедии лемурийские учителя и наставники поселились в Гималаях, где могли сохранить свою духовность в уединенной обстановке высочайших гор на Земле, свободной от катаклизмов, которые уничтожили их прародину. Тибетская столица Лхаса и дворец далай-ламы первоначально были их религиозным убежищем, где лемурийский мистицизм, который местные жители называли Бон-По, в VIII веке смешался с буддизмом.

Хотя рассказанное монахом не имеет фактического подтверждения, внутренние свидетельства указывают на его достоверность. К примеру, он утверждал, что «тринадцатый класс» лемурийского мистицизма возглавляли верховные мастера, входящие в Совет из семи человек. Число 7 напоминает о семи косах голубых волос Кой па Чучаг Гуэльмо и семи бирюзовых камнях Сангпо Бумтри. И то, и другое подробно описано в мифе Бон о космическом яйце, что подчеркивает их важное значение. Ее косы сравнивали с семью путями к просветлению — вдумчивостью, законопослушанием, прилежанием, радостью, безмятежностью, сосредоточенностью и самообладанием. Сокровища идеального правителя — царица (женская энергия, т. е. интуиция), самоцвет ясного мышления, колесо (правильное использование времени), слон (сила воли), министр (мудрые советники), полководец (преданные сторонники) и лошадь (скорость, мобильность) — находят свои аналоги в семи бирюзовых камнях Сангпо Бумтри.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: TERRA INCOGNITA
СообщениеДобавлено: 03 мар 2011, 13:07 
Администратор
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 12 июн 2009, 00:05
Сообщения: 12173
Хотя лемурийцы оставили самые яркие следы своей деятельности в Азии, именно в Тибете, они не прошли незамеченными через Китай, где Тянь-Му помнили как гористую страну, расположенную далеко в Тихом океане. Несмотря на то что большая часть Прародины состояла из приморских низменностей, по крайней мере, некоторые се архипелаги были гористыми. Эта страна, также известная как Чэн-Му, описана в древнекитайской книге ритуалов «Чжоу-ли» как место, где Земля и Небо встречаются у космической оси. Здесь пространство и время утрачивают свое значение, четыре времени года перемешаны и противоположные принципы инь и ян больше не борются между собой, а пребывают в совершенной гармонии. Чэн-Му означает священный центр, точку неподвижности, достигаемую при глубокой медитации. Название подразумевает, что эти понятия ассоциируются с тихоокеанским царством Му, «Пупом Земли», где они впервые появились и достигли высокого духовного уровня.

Прародина была известна в Древнем Китае под разными названиями, включая Пэн Ша. Здесь духовные силы находили свое воплощение, чародеи овладевали левитацией и другими психическими искусствами. В царстве Пэн Ша правил Му Кун, царь богов, обитавший в золотом дворце у Озера Самоцветов. Здесь на благословенном персиковом дереве созревали плоды, из которых получали эликсир вечной жизни. Такая же тема возникает в японской легенде об Ураширо Таро, чьи приключения в подводном мире привели его в затонувшее царство, откуда он вернулся с персиком бессмертия. В китайском мифе затонувшее царство было известно под названием Шэнь Чжоу и считалось очень древней империей, предшествующей появлению самого Китая. Еще до того, как Шэнь Чжоу исчезло в волнах Тихого океана, богиня милосердия Сиванму унесла дерево бессмертия в свой сказочный дворец на далеком пике Куньлуньских гор. Там она ухаживает за ним ради богов и самых добродетельных людей. На P'an-t'ao Hui, Празднике Персиков, эти избранные достигают бессмертия, вкушая благословенные плоды. В лондонском музее Виктории и Альберта есть фарфоровое блюдо начала XVIII века, изготовленное при императоре Ян Чжэ-не. На нем изображена Сиванму и ее смертный слуга в сопровождении богов счастья (Фусинь), долголетия (Шу-лао) и заслуженного богатства (Лусинь) на фоне Шэнь Чжоу, которое символизирует величественный храм, тонущий в море. Лемурийские корни этой мифической темы не вызывают сомнений.

Историк, специалист по хронологии Нейл Циммерер пишет, что Му Кун «сформировал особую группу из восьми человек, которым вручили плоды: от Древа Жизни. Они были известны как «бессмертные». Древо Жизни было главной эмблемой Лемурии и воплощением бессмертия, отмечал Черчвард. Фу Сан Му изображалось в виде колоссального шелковичного дерева, растущего над «горячим прудом» (море) в заокеанском раю на востоке. Сама земля была горячей. На нижних ветвях Фу Сан Му было не менее девяти солнц. Белые женщины, славившиеся прекрасными длинными волосами, ухаживали за ли ши, растением бессмертия, в саду в центре острова. Есть упоминание о том, что лемурийский климат был очень жарким. Ди-Му была китайской Землей-Матерью, давшей жизнь всем чувствующим существам на планете, Лемурия была известна как Прародина, потому что считалась колыбелью человечества. Тема начала человеческой истории в затерянном океаническом царстве постоянно встречается во многих культурах Тихоокеанского кольца. В китайской легенде о Лао-Тянь-Е, многозначительно озаглавленной «Император Му», говорится, что этот «небесный мастер» стал отцом первых мальчика и девочки.

Природным катастрофам, сотрясавшим Прародину, что в конце концов привело к ее гибели, посвящены драматические тексты Древнего Китая. В имперской библиотеке хранилась колоссальная энциклопедия, в которой якобы содержались все знания с древних времен до XIV века, когда в нее еще вносились дополнения. Этот комплект из 4320 томов включал информацию о времени, когда Тянь-ди, Небесный Император, попытался уничтожить грешное человечество. Он повелел Ши Му, или Разрушительнице Жизни, поразить мир небесным кошмаром: «Планеты изменили свои пути, Земля распалась на части, воды на ее груди вознеслись высоко и затопили сушу». Другой бог по имени Юй, пожалев тонущих людей, приказал огромной черепахе подняться со дна океана и превратил ее в новую сушу. Эта версия идентична Мифу Творения, известному практически всем племенам к северу от Рио-Гранде. Американские индейцы почти везде называют свой континент Черепашьим островом в честь гигантской черепахи, которая поднялась с морского дна по приказу Великого Духа для спасения людей от потопа.

В другом китайском тексте повествуется о том, как «рухнули колонны, поддерживающие Небо, и цепи, на которых была подвешена Земля, рассыпались. Солнце, Луна и звезды устремились на юго-запад, где небо стало низким; реки, моря и океаны устремились на юго-восток, где тонула земля. Наступило время Великого Потопа». В книге «Шанхай Цзин» говорится о доисторической катастрофе, когда Небо внезапно накренилось, в результате чего Земля качнулась в противоположном направлении. Огромное царство опустилось на дно океана. Одним из многих его характерных названий было Пу Чжоу Шань, «Несовершенная гора». После того как богиня Ню Гуа Ши создала человечество, вместе с женщинами и мужчинами она строила первое царство Пу Чжоу Шань, где начался Золотой век величия, распространившийся по земле. Много лет спустя один из се божественных принцев из зависти решил свергнуть Ню Гуа

Ши. Во время небесной схватки огненная голова ударила в «Несовершенную гору». Гора рухнула в море, что привело к Всемирному Потопу, уничтожившему цивилизацию и большую часть человечества.

Невозможно определить, какая из нескольких природных катастроф, затронувших Лемурию, описана в этих преданиях. Однако эти бедствия оставили глубокие шрамы в истории Китая. Эпоха палеолита, раннего каменного века, внезапно закончилась 12 000 лет назад, когда Лемурия буквально раскололась, большая часть ее территории скрылась под водой во время бурного геологического периода в конце последней ледниковой эпохи.

Старинный миф связывает начало китайской цивилизации с именем императора Фу Си, прибытию которого из-за моря предшествовал Великий Потоп, традиционно датируемый 2950 г. до н. э. Эта дата приблизительно совпадает с глобальной катастрофой, произошедшей около 3100 г. до н. э., о которой упоминалось в главе 12. Археологам известно, что неолитические культуры Яншао и Хоншань, существовавшие в течение 2000 лет, внезапно исчезли, на смену им пришла гораздо более развитая культура Лянчжу, где знали основы городского планирования и организованного сельского хозяйства. Интересно, что арахис впервые стал культивироваться в Китае в период Лянчжу. Арахис не уроженец Азии, он мог быть получен только из Америки. Напрашивается вывод, что прибывшие в Китай лемурийцы уже установили важные контакты на другой стороне Тихого океана.

На смену культуре Лянчжу в конце III тысячелетия до и. э. пришла династия Ся. Кароли считает, что китайское предание о десяти «солнцах», упавших с неба — память о столкновении Земли с фрагментами крупной кометы. Император Шунь видел их перед вступлением на трон и наблюдал, как большой метеор врезался в

Землю, после чего случился опустошительный потоп. «Вся земля ушла под воду, -- написал он, — весь мир стал бескрайним океаном. Люди плавали в бурных водах, искали спасения в пещерах и на деревьях в высоких горах. Урожаи погибли, выжившие соперничали с хищными птицами за место для жизни. Тысячи людей умирали ежедневно». Это бедствие произошло около 2440 г. до н. э., что примерно соответствует окончательной катастрофе в Лемурии. Наиболее ранняя фаза китайской цивилизации, запечатленная в археологической летописи, охватывает примерно 70 лет после гибели Прародины. Внезапное появление высокоразвитой династии Шли, оставившей великолепные бронзовые изделия на равнине Желтой реки, указывает на то, что она состояла из смешанных потомков коренных азиатов и беженцев из Лемурии.

Память о той самой древней иммиграции до сих пор сохраняется в Таиланде вместе с уникальной реликвией с погибшей родины. В мифе о потопе, также известном в Лаосе, повествуется о полубожественном народе, жившем в древности на далеком острове в великой славе и роскоши до тех пор, пока небесные силы не стали угрожать ему всемирным потопом. Трое мудрецов смогли демонтировать центральную колонну главного храма и увезти ее на корабле, прежде чем быстро поднимающиеся воды покрыли весь остров. Много дней они плыли в сторону заката и наконец достигли берегов Юго-Восточной Азии. Там они воздвигли колонну и назвали ее в честь затонувшего царства Лак Му-анг, «Священный камень Му». Вокруг нее они основали новое царство Айодхья, ставшее великолепным памятником труда местного народа под руководством чужеземного гения. В течение столетий имперской экспансии, за которой последовали войны и вторжения, город был разграблен, но его священную реликвию снова удалось спасти от разрушения.

В 1782 г. король Рама I установил колонну Лак Му-анг точно в центре новой Айодхьи, одной из нескольких после падения первой столицы. Он возвел свою родословную к трем Героям Потопа, высадившимся в Юго-Восточной Азии, но даже такое возвышенное происхождение не обескуражило его врагов, которые со временем опустошили город и увезли священную колонну в неизвестное место. Рама VI заменил ее искусно выполненной копией и установил в своем святилище в центре Бангкока.

С тех пор дубликат Лак Му-анг был украшен золотым листом (в память о древней солнечной религии Прародины) и окружен пятью драгоценными дарами (в основном, бивнями слонов и золотыми кубками, наполненными цветами). Здание, в котором он находится, украшено символами и образами затонувшей земли предков. Среди них — стилизованные свастики и сцены с изображением тропического острова, намекающие на Лемурию. Святилище Лак Му-анг — затейливый павильон с дверями, инкрустированными золотом, и, что нетипично, находится ниже уровня земли в заглубленном дворике, что намекает на затонувшее царство, откуда была спасена реликвия. Ее название повторяется в наименованиях других важных памятных мест Таиланда — Му-анг Фа Дает, Бан Му-ан Фай, Му-анг семэй и Му-анг Бон, — где подлинный «священный камень Му» мог быть установлен потомками исчезнувшей цивилизации.

Почтение к утраченной Прародине — не только в наиболее священном монументе Таиланда. Каждый ноябрь тысячи людей собираются в полнолуние на берегу и запускают армады корабликов, сделанных из сухих банановых листьев. Каждый маленький кратонг, украшенный цветами, несет обетную свечу и оставляет за собой благовонный след на пути в океан в честь царицы моря Суварнамачи и духов предков, сгинувших после того, как она затопила их великолепное царство. Праздник Loi Krathong сходен с японским ночным праздником Bon Odori, где флотилии корабликов со свечами тоже плывут в направлении затонувшего царства. Обе ежегодные церемонии имеют аналогии с римским праздником Лемурии, в который тоже считалось, надо умилостивить неупокоенные души мертвых, жертв Великого Потопа.

Тайские мифы и церемонии замечательно согласуются со свидетельством, которое вышло на свет благодаря поразительному открытию, случайно сделанному в середине XX века американским студентом Стивеном Янгом. До того как этот сын бывшего посла США в Таиланде зацепился за корень дерева и упал в окрестностях сельского городка Бан Чианг в 1966 г., археологическая догма гласила, что эта часть света — культурная пустошь, где искусство бронзового литья было впервые импортировано из Китая не ранее 800 г. до н. э., а цивилизация так и не достигла высокого уровня развития. Но пока Янг лежал распростертым на земле, он заметил осколки необычайно привлекательного глиняного изделия, выглядывающие из-под земли. Их отправили в музей при университете Пенсильвании в Филадельфии для датировки с помощью нового метода термолюминесцентной дозиметрии, специально изобретенного для анализа керамических изделий и заслужившего отличную репугацию за точность. Выяснилось, что возраст тайских черепков — 6000 лет, на 500 лет раньше зарождения городских культур в Месопотамии, где предположительно началась цивилизация. Не желая признать даже результаты термолюминесцентного анализа, директор музея направил образцы Янга в Оксфордский университет для подтверждения. Они подтвердились.

В то же время Вильгельм Солхейм из Гавайского университета, который вел раскопки в окрестностях Бан Чианга, обнаружил бронзовые топоры и формы, в которых их отливали. Он также нашел заизвесткованные кусочки огурцов, тыкв-горлянок, перца, водяных орехов и другие свидетельства сельскохозяйственной деятельности, существовавшей за 2000 лет до начала земледелия в Месопотамии. Выискалась также керамика, на 3300 лет старше и более совершенная, чем известные образцы из междуречья Тигра и Евфрата. В дополнение к высокоразвитой металлургии, сельскому хозяйству и гончарному делу, производство шелка в Таиланде шло полным ходом за несколько столетий до того, как оно началось в Китае.

Но первое настоящее исследование окрестностей Бан Чианга началось лишь в 1974 г., когда во время совместных раскопок под руководством Честера Гормана из Университетского музея и Песита Чароэнвонга, куратора бангкокского Национального музея, выявили рукотворный курган высотой 20 футов и около 1 мили в окружности. За следующие пять лет они собрали 18 тонн артефактов, включая более 30 000 ваз, бронзовых и железных изделий, искусно сделанных 5600 лет назад. В нижнем, наиболее древнем слое археологи нашли великолепный наконечник копья, датированный 3600 г. до н. э., — старейший известный образец бронзового литья в мире.

Более 400 керамических сосудов, извлеченных из кургана, отличались поразительным разнообразием форм, размеров, узоров и расцветок, свидетельствовавших о художественном мастерстве изготовителей. Бронзовые украшения были на многих из 126 полностью сохранившихся скелетах, найденных там же, на одном бронзовые кольца были на всех пальцах рук и ног. Бронзовые колокольчики, браслеты, оружие и инструменты были изготовлены за столетие до того, как методика правильного сочетания меди, цинка и олова стала известна на Среднем Востоке. Одно из бронзовых орудий предназначалось для сбора риса, выращивание которого тоже впервые началось в доисторическом Таиланде. Во время раскопок были также обнаружены останки одомашненных животных, включая быков, свиней, кур и собак.

Кто были древние носители культуры в Бан Чианге? Судя по всему, прямые потомки народа, чьи останки археологи нашли на крайней северной оконечности страны в месте, известном как Пещера Духов, которое впервые использовалось в качестве охотничьего лагеря 12 000 лет назад. Его высокие и мускулистые обитатели физически заметно отличались от коренного населения. Антрополог Майкл Петрушевский из Гавайского университета отмечает, что «они определенно не имели тесной связи с нынешним населением Юго-Восточной Азии и не принадлежали к монголоидному типу». Фрагменты костей их скелетов скорее позволяют говорить о полинезийцах, чем о представителях любой другой этнической группы.

Они намеренно выбрали окрестности Бан Чианга для поселения, потому что, по мнению ученого Рональда Шиллера, «обитали в одном из немногих мест на Земле, где медь и олово встречаются в изобилии». Иными словами, уже были металлургами до прибытия. Наконечник копья из Бан Чианга, датируемый серединой IV тысячелетия до н. э., был далеко не первым бронзовым изделием их работы. Множество морских раковин, обнаруженных внутри кургана, не только указывает на прибрежную торговлю, но и свидетельствует о мореходных навыках. Все признаки этого необычного народа указывают на то, что он принадлежал к развитой цивилизации еще до прибытия в Юго-Восточную Азию, поскольку там не было обнаружено никаких следов древнейшего развития. Упорядоченные захоронения, изготовление одежды, искусство и ремесла — все это было достоянием изощренной культуры, далеко превосходящей современные ей местные общины.

До сих пор холм в окрестностях Бан Чианга — единственный систематически изучаемый из примерно 300 сходных курганов. Раскопки других земляных насыпей могут выявить неопровержимые доказательства присутствия лемурийских переселенцев в Таиланде. Датировка первого поселения в Пещере Духов совпадает с первой крупномасштабной эмиграцией из Прародины, которую постигла геологическая катастрофа, это соответствие подчеркивается сходством ее жителей с полинезийцами. Искусство обработки бронзы не зародилось в Юго-Восточной Азии, но было завезено мореходами, чья культура имела все признаки развитой металлургии, ткачества и гончарного дела задолго до прибытия в Бан Чианг. Судя по всему, невероятный подъем уровня моря в конце последней ледниковой эпохи заставил некоторых лемурийцев искать более возвышенную местность на других берегах океана. Лишь этот вывод адекватно объясняет аномальное появление высокоразвитой цивилизации среди культурной пустыни.

Бангкокский столп Лак Му-анг — не единственный азиатский монумент, хранящий память о потерянной Прародине. В Японии есть современный Музей Му. Он уникален, нигде в мире нет ничего подобного. У него такие же странные истоки, как и происхождение его экспонатов. Музей был задуман Рейкио Умимото сразу после окончания Второй мировой войны. Этому молодому монаху, находившемуся в состоянии глубокой медитации на морском берегу, было видение, изменившее его жизнь. Ему открылась огромная панорама лемурийской истории и духовности, охватывающая много тысячелетий. Его внутренний взор узрел колыбель человечества, расцвет древнейшей цивилизации, ее распространение по всему миру, ужасную гибель и судьбу выживших в Тихом океане. На прощание он получил дар высокой мудрости от «Тринадцатой школы» Му. После этого забытый мистический культ был заново основан в префектуре Хиросима под названием «Великое Равенство Мира», его эзотерические принципы разделяли немногие посвященные.

Одному из них удалось заинтересовать состоятельных спонсоров, собравших средства для строительства храма-музея на площади 15 акров. Этот храм вместе с прилегающей местностью по возможности точно отражал священную архитектуру и церемониальный ландшафт, явленный в видении Умимото. В 1976 г. строительство красно-белого комплекса, украшенного статуями слонов в натуральную величину и выразительными фресками, было завершено. Его расположение в префектуре Кагосима было предопределено не только явным сходством с лемурийской топографией, но и предполагаемыми геомантическими и духовными свойствами этих мест. В большом музее с профессиональными сотрудниками есть исследовательская лаборатория, экспозиция подлинных предметов и качественных копий — единственная коллекция такого рода на Земле. Хотя духовные службы в храме ограничены узким кругом посвященных, залы музея открыты для посещения. Девяностолетний монах прожил достаточно долго, чтобы увидеть воплощение своей послевоенной грезы перед смертью в 2002 году.

Музей Му — самый современный мемориал в честь древней Прародины, он не единственный в Японии. Святилище Чикубудзима посвящено богине Бентен, мифическому олицетворению представителей высокой культуры, которые принесли в страну цивилизацию из-за моря. Оно находится на озере Бива в окрестностях Киото, что согласуется с легендой. На его берегах найдены самые ранние свидетельства обитания людей на островах, указывающие на первое прибытие лемурий-цев в Японию.

После переноса центра политической и духовной власти в Токио в XVII веке новые правители соорудили свой вариант Чикубудзимы в бухте Токийского залива, известный с тех пор под названием Шинобацу. Это искусственный остров в большом пруду, окаймленный камышами, где гнездятся водоплавающие птицы, соединенный насыпными дамбами с берегом в подражание оригиналу. Оба храма чтут память о древней Прародине, откуда приплыла богиня Бентен, что символизируют скульптуры рыб и изображение трех пирамид посреди моря или одной распадающейся, омываемой высокими волнами. Кстати, подобная сцена запечатлена на стене дворца правителя в Чан-Чане, доинкском мегаполисе на побережье северного Перу.

Лемурийские черты мифа о Бентен прослеживаются в ее щедрой деятельности: она принесла с собой дары музыки, красноречия, изящных искусств и мореплавания на огромном «корабле сокровищ» из Хорайзана до того, как это блестящее царство опустилось на дно моря. Его название происходит от высочайшей горы острова Хорай, на вершине которой росло Древо Жизни. Бентен, как и китайская богиня Сиванму, хранила Древо Жизни, чьи персики обещали бессмертие любому, кто пробовал их. Аллегорические «плоды знания» означали понимание кундолини — духовно обогащающей людей внутренней психической энергии, спиралями поднимающейся вверх по позвоночнику, настоящему «древу жизни». Отголоски этой лемурийской философии можно найти в библейском саду Эдема, где росли деревья знания и бессмертия.

Устные предания о Древе Жизни сохранились у айнов, населявших Японию до прихода азиатов. В их старейшем Мифе Творения повествуется о Чикисани-камуи, которая приняла облик вяза, первого дерева на Земле. С ее ветвей сошли все человеческие расы. Ее детьми были Эоина-камуи и Па-Кор-камуи, от кровосмесительной связи которых появилась Вселенная. Главной небесной богиней была Чу Камуи. Богиня Солнца, она несла свет и тепло в темный холодный мир. Сама Земля была телом Каму-мимусуби, Богини-Матери, которая родила Камуи-фучи, прародительницу народа айнов. В именах всех этих божеств включено название утраченной Прародины Му.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: TERRA INCOGNITA
СообщениеДобавлено: 04 мар 2011, 14:33 
Администратор
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 12 июн 2009, 00:05
Сообщения: 12173
Современные айны — смешанные потомки европеоидного населения, подробно описанного туземными народами по всему Тихоокеанскому региону. Они принадлежат к остаткам затерянной расы, оставившей следы своей ДНК среди коренных народов Северной Америки и некоторых районов Полинезии. Великий британский атлантолог Эджертон Сайке писал, что айны — «этнический комплекс, совершенно отличный от этносов Японии или Китая. Как таковые, они, вероятно, остатки населения самой северной культуры в период катастрофы». Дополняя его вывод, айны вспоминают о времени, когда море внезапно поднялось над сушей и утопило большинство людей; лишь немногим удалось выжить, поднявшись на вершины гор.

Сайке также пишет об их Герое Потопа по имени Окикуруму-Ками, который спасся от наводнения в shin-ta, «летающей люльке», приземлившейся в Хайопре на северном японском острове Хоккайдо. Является ли этот миф народной памятью о другом примере высокой технологии лемурийцев — их климатологической науке в Нан Мадоле? Интересно, что shinta лишь одной буквой отличается от shinto (синтоизм), названия добуддийской религии Японии, которую исповедовали айны до прибытия китайских и корейских иммигрантов в середине VIII века н. э. Подобно тибетскому мистическому культу Бон и «Тринадцатой Школе Му», от которой он произошел, синтоизм анимистический природный культ, исповедующий почтение к жизни во всех ее проявлениях, признающий существование души, коми, во всем сущем. «Синтоизм был религией айнов еще до прибытия «настоящих» японцев, — отмечает Сайке. — Слова «бог», «молитва» и «религиозное подношение» одинаковы в обоих языках. Судя по всему, японцы заимствовали их у айнов после заселения островов». Профессор Йошида пишет, что «большинство старинных японских слов первоначально были айнскими».

Не только айны хранят память о Всемирном Потопе, который привел их предков в Японию в далеком прошлом. Представители малочисленной народности ама верят, что являются прямыми потомками чужестранцев, которые принесли цивилизацию из-за моря. Эти люди исповедовали культ Солнца, один из его символов — восходящее Солнце — стал национальной эмблемой Японии. Он также означал направление, откуда пришли их предки, — восточная часть Тихого океана. Их островное королевство Нираи-Канаи захлестнул Великий Потоп, и оно лежит на дне в центре Тихого океана. В память об этих событиях ама до сих пор проводят ежегодную церемонию на восточном побережье Японии в начале апреля или октября. На рассвете ее участники приходят на пляж и, обратясь лицом к Солнцу, молятся о душах своих предков. После очищения морской водой назначенный руководитель церемонии входит в океан по шею с небольшой ветвью дерева в руке. Через некоторое время он поворачивается лицом к берегу. При выходе из моря его приветствуют громким барабанным боем и радостными песнопениями, как если бы ему пришлось пережить некую ужасную катастрофу. Ветка в его руке символизирует Лемурию как Древо Жизни.

В сходном японском мифе упоминается о Сагаре, драконьем боге подводного царства, владеющем «жемчужиной», которая способна вызывать катастрофические наводнения. Он обладатель волшебного оружия. Меч Кусанаги в течение некоторого времени переходил от одного члена правящего рода к другому и неизменно приносил ему победу, но в конце концов вернулся к законному владельцу. С тех пор Япония перестала быть непобедимой в своих военных предприятиях. Вероятно, меч Кусанаги был мифическим символом какого-то объекта высокой технологии, происходившего с затерянной Прародины.

Хотя со временем мифотворчество превратило потерявших Прародину и прибывших в Японию представителей развитой цивилизации в морских божеств, память об их лемурийских корнях до сих пор существует в современном культе Му-Наката-Но-Ками, который исповедуют посвященные секты Джингу-Кого, считающие себя потомками первых жителей Японии после потопа. В их главных святилищах в Осаке — Сумиеши-Таиша и Муннаката-Таиша — предположительно хранятся летописи Му-Наката-Но-Ками, на много столетий предшествующие появлению первых официальных исторических хроник в Японии.









Ныне ама живут главным образом в прибрежных районах залива Сахети в префектуре Оита, их прежние поселения считаются одними из самых древних мест обитания в стране: Минаби Амабе-гун (префектура Оита), Амабе-чо (префектура Токусима), Каиши-чо (префектура Ниигата) и Итоман-чо (префектура Окинава). Эти территории совпадают с зонами расцвета культуры Дземон. Археологические данные свидетельствуют о резком окончании японской эпохи палеолита и появлении древнейшей известной керамики, а также навыков городского планирования, ловли рыбы в открытом море. Изобретение рычажного гарпуна для охоты на морских млекопитающих доказывало, что древним жителям были знакомы дальние морские путешествия. Об их познаниях в астрономии говорят Каменные круги Комакина и Ою на севере острова Хонсю. Впрочем, это не единичное доказательство, по всей стране обнаружены стоячие камни, многие из которых ориентированы на важные небесные феномены.

Выдающийся образец был найден в конце 1990-х годов под густым лиственным покровом, маскировавшим его местонахождение на вершине крутого холма в окрестностях города Набеяма на северо-западе Японии. Два восьмифуговых стоячих камня с выцветшими солнечными символами на восточных гранях расположены точно так, что узкая щель между ними позволяет на короткое время увидеть солнце утром в день середины лета.

Этот день и поныне празднуют по всей стране — таково долговечное культурное влияние астрономов эпохи неолита в Японии. Здесь он известен как Бонмацури и проводится в честь мертвых, которые, прежде чем подняться на небеса, должны пересечь реку Санзу-но-Кава. Для этого им нужно нанять лодочника, родственники усопшего до сих пор повязывают ему на шею мешочек с несколькими монетами. Традиционный японский обычай имеет разительное сходство с древнегреческим обрядом, согласно которому при похоронах мертвым давали монеты, предназначенные в уплату паромщику на берегу реки Стикс. Невольно вспоминается также рассказ греческого философа Эвгемера, утверждавшего, что он лично посещал руины царства, похожего на Лемурию, в конце IV века до н. э.

Общие астрономические функции и сходство с подобными сооружениями в других странах — Стоунхендж в Британии, Карнак во Франции — указывают на распространение культуры мегалитического строительства из тихоокеанской Прародины в Западную Европу более шести тысячелетий назад. Другие находки свидетельствуют о плаваниях лемурийцев в противоположном направлении — в Южную Америку, где Бетти Меджерс из отдела антропологии при Национальном музее естественной истории в Вашингтоне и археологи Клиффорд Эванс и Эмилио Эстрата обнаружили свидетельства культуры Дземон в Вальдивии (Эквадор). Образцы керамики, найденные ими в середине 1960-х годов, украшены характерными шевронами, узорами из костей и полосок, подтверждавшими связь с культурой Дземон.

«В университете нас учили, что культурное развитие Нового Света происходило независимо от Старого Света, — вспоминает Мейджерс. — Мы не думали о более ранних прецедентах до тех пор, пока Эстрада не указал на заметные черты сходства с керамикой Дземон в Японии... В 1963 году мы совершили поездку из Токио на юг острова Кюсю, где изучили коллекции керамических фрагментов культуры Дземон. Сравнение их узоров с увеличенными фотографиями образцов из Вальдивии выявило поразительную степень сходства. Более того, контекст находок удовлетворял требованиям, определенным для отличия культурной диффузии от независимого изобретения. По обе стороны океана существовал комплекс культурных черт, лишенных функциональных ограничений, которые могли бы свидетельствовать в пользу их независимого воспроизводства; собрание образцов керамики ранней и средней культуры Дземон было продуктом примерно 6000 лет развития, начиная от примитивных образцов, в то время как древнейшая керамика из Вальдивии не имела местных прецедентов. Датировки для ранней и средней культуры Дземон и ранней культуры Вальдивии практически совпадали; и, наконец, течение Куросио обеспечивало проходимый маршрут с запада на восток».

«Присутствие керамической традиции культуры Дземон в Эквадоре свидетельствует о численности миграций — от нескольких судов до целого поселения. При раскопках также обнаружены игрушечные домики, флейты и подголовники, сделанные из керамики», — пишет археолог Гуннар Томпсон. Его иллюстрации, сравнивающие культурные особенности Дземон и айнов с народами, населявшими северо-западное Тихоокеанское побережье Америки, подтверждают их тесную связь. Стивен К. Джетт из подразделения тканей и одежды при Калифорнийском университете в Дэвисе отмечает: «Обычно принято считать, что носители культуры Дземон были предками исторически известных айнов с Северного Хонсю, Хоккайдо, Южного Сахалина и Курильских островов, а не современных монголоидных японцев». То же можно сказать о представителях племени ама, чьи генетические связи с айнами не вызывают сомнений. Дземон, айны и ама — все это лишь современные названия лемурийцев, путешествовавших по Тихоокеанскому кольцу в глубокой древности.

Легенды и следы необычных европеоидов в Океании находят археологическое подтверждение. Солхейм пишет о находках, «идентичных или сходных с культурой Дземон», на Тайване, Филиппинах, в Микронезии, Северной Меланезии, на северном побережье Новой Гвинеи и в Восточной Индонезии. «В 1972 г. сообщения о еще более древних фрагментах керамики, напоминающих культуру Дземон, поступили с острова Эфате на Новых Гебридах (теперь государство Вануату). В подтверждение визуальных впечатлений, говорящих в пользу давних времен, группа ученых впоследствии установила несомненную связь этих 14 фрагментов с ранней культурой Дземон на северном побережье Хонсю, датируемой 5200—3600 г. до н. э., когда уровень моря поднимался... Характеристики черепа и лиц айнов и полинезийцев тоже обнаруживают черты сходства».

Этот вывод подтверждается различными рукотворными предметами, о которых шведский антрополог Бенгт Анелл говорил еще в 1955 г., заметив, что «самые близкие аналоги полинезийских рыболовных крючков были найдены в Японии». Такое примирение археологии и мифологии служит подтверждением лемурийского культурного влияния во всем Тихоокеанском регионе от Азии до обеих Америк.

Культура Дземон внезапно возникла в Японии в конце последней ледниковой эпохи, примерно 12 500 лет назад, незадолго до того как другие иммигранты оставили свои следы в «Пещере Духов» в Таиланде в результате катастрофического наводнения, затопившего низменные земли Му и вынудившего по меньшей мере часть населения искать более возвышенные территории в других местах. Даже Грим Дэниел, ультраконсервативный редактор «Иллюстрированной археологической энциклопедии», признает, что «культура Дземон в Японии была удивительно изолированной, особенно от своего огромного соседа Китая, и скорее имеет больше общего с островами Тихого океана». Действительно, ранняя, средняя и поздняя фазы этой культуры соответствуют трем лемурийским наводнениям начиная с конца IV тысячелетия до н. э., за которым последовал катаклизм 2193 г. до н. э. и окончательная катастрофа в 1628 г. до н. э.

Эти драматические события отражены в одном из древнейших исторических документов Японии — «Фу-доки», «Записи Ветра и Земли». Произведение дополняется томами «Кодзики», или «Записки о деяниях древности», а также «Нихонги», «Японские хроники». Хотя они датируются 712, 713 и 720 г. н. э., все они были основаны на гораздо более ранних записях, не выдержавших испытания временем. Их создали в период расцвета национальной культуры, известный как период Нара, когда у ученых возродился интерес к прошлому. В «Кодзики» и «Нихонги» сказано, что первым императором Японии был Дзимму, происходивший от морского царя, правителя Великой Земли в Тихом океане, от которого он получил свое имя, буквально означавшее «сын Му». За ним последовал Камму, который заболел, будучи наследным принцем. Люди молились за его выздоровление в храме Муроджи, вероятно, древнейшем культовом сооружении Японии, где в закрытой секте посвященных до сих пор сохраняются принципы эзотерического мистицизма, представленные «Сыном Му». Темму, преемник Камму, известен тем, что переписал «Кодзики», «Нихонги» и две более древних книги, память о которых изгладилась. В этих источниках сообщается, что последним из доисторических правителей Японии был Мумайядо, родившийся в 593 г. н. э. и перешедший из синтоизма в буддизм незадолго до своей смерти. Лему-рийские корни этих царских имен не вызывают сомнений.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: TERRA INCOGNITA
СообщениеДобавлено: 06 мар 2011, 12:38 
Администратор
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 12 июн 2009, 00:05
Сообщения: 12173
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

ЧТО В ИМЕНИ ТЕБЕ МОЕМ?






Ко gub ni du war gag.

(«Я пришел, чтобы спросить».)

Микронезийская поговорка





При поиске пропавших людей сыщики обычно начинают с расспросов в тех местах, где их видели в последний раз. Такая же процедура принята у детективов от археологии, которые пытаются обнаружить пропавшую цивилизацию в Тихом океане. Если она была достаточно мощной, чтобы повлиять буквально на миллионы людей, живущих вокруг Тихоокеанского кольца от Азии и Австралии через Океанию, Микронезию, Меланезию и Полинезию вплоть до Северной и Южной Америки, то ее название должно так или иначе откликнуться в народной памяти многочисленных сохранившихся культур. Она должна была оставить неизгладимый след в их коллективном сознании, особенно если эта цивилизация была сметена с лица Земли некоей жуткой катастрофой.

В самом деле, многократное повторение одного и того же названия среди разных народов, неизвестных друг другу и разделенных многими столетиями, огромными расстояниями, этническими или культурными особенностями, само по себе является убедительным свидетельством их общего исторического опыта. Если же это название к тому же ассоциируется со сходными темами, оно несомненно отражает реальные место и событие, пусть даже облаченные в покров мифов и легенд.

К сожалению, консервативные археологи и антропологи пренебрегают преданиями, называют их бесполезными сказками и ограничивают доисторические поиски раскопками и обломками керамики. Однако миф — единственное средство, с помощью которого народы, не знающие грамоты, сохраняют самые важные для них истины, словно вымерших насекомых в древнем янтаре. Мифы выдерживают испытание временем, потому что в их основе непреходящие ценности, которые находят отзвук в сердцах многих поколений. Достойно внимания, что варианты названий «Му» и «Лемурия» встречаются именно среди тех народов Тихоокеанского кольца по обе стороны океана, где исследователи ожидают найти их. Словно стаи птиц, они кружатся вокруг пустого места в безбрежности океана, где некогда находились их затонувшие гнездовья.

Первопроходец в области полинезийской археологии Абрахам Форнандер понимал ценность сравнений, касающихся аспектов культурных, особенно в регионе Тихого океана:

«Там, где все другие следы происхождения народа уничтожены временем, другой расой или культурой, в названиях мест обитания нового народа сохраняются априорные свидетельства существования поглощенной или забытой культуры. Если бы все записи и устные предания о происхождении нынешних преобладающих народов Северной и Южной Америки исчезли бесследно, имена, которые они дали мысам, рекам, городам, поселкам и землям той страны, где жили, будут в первую очередь и почти с непогрешимой точностью указывать на их европейское происхождение: английское, испанское, португальское, французское и т.д. Обычай называть новые места в память о родине — глубоко укорененная черта человеческой натуры, которая в равной мере проявляется среди варварских и цивилизованных народов. Мы обнаруживаем ее, когда движемся по пути всех великих переселений, от самых древних до наиболее современных. История полна примеров, доказывающих присутствие «материнской расы» в ее миграциях и освоении чужих земель, где все другие следы, кроме этого, были вытоптаны и стерты временем или последующими миграциями других народов».

Хотя варианты слова «му» достаточно часто встречаются во многих языках, каждый раз, когда они ассоциируются с известными темами — затонувшая Прародина, Древо Жизни, народ предков, Великий Потоп и т. д., —-они указывают на погибшую цивилизацию, вспоминают ее, отслеживают влияние по всему миру, помогают подтвердить ее существование.

Рассмотрим, к примеру, слово лиму, по-гавайски — «морская водоросль», распространенное растение (Sar-gassum ecbinocarpum), но его эзотерическое значение связано с стелющимися по воде волосами богини, живущей на дне океана в подводном царстве, давно затонувшем после природной катастрофы. Хина-Лау-Лиму-Кала — Богиня-Мать гавайского народа, покровительница кахуны, старинного знахарского искусства, унаследованного из затонувшей страны Кахики. Ее лемурийское происхождение и в имени, и в предании не вызывает сомнений.

Римская Лемурия была празднеством мертвых, предназначенным для умиротворения духов людей, погибших преждевременной или насильственной смертью, чтобы они смогли вернуться в затонувшее царство с таким же названием. Кое-что из этого заупокойного ритуала имеет параллели с гавайским обрядом «воды очищения», wai huikala, во время которого порошок из сушеных водорослей limu kala посыпали на плакальщиц после похорон. Скотт Каннингем, знаток полинезийского мистицизма, утверждал, что «lei limu kala» (венки из морских водорослей) до сих пор кладут в рыбачьих святилищах в знак признательности от тех, кто работает на воде, благодарности за дары моря. Я также видел lei limu kala, надетые на стоячие камни в храмах на большинстве островов и даже в горах».

Та же самая тема звучит в ежегодной церемонии Хорному, которая проводится для умиротворения душ, вернувшихся из загробного мира в виде призраков. Она принята у народа кивай из Меланезии. Сходный заупокойный ритуал — Пука-Му-ни — у австралийских аборигенов на острове Мелвилла у побережья Земли Арн-хема. Ежегодная китайская церемония умиротворения Ши-Му, Разрушительницы Жизни, и призраков людей, утонувших во время Великого Потопа, совершалась в девятую луну девятого месяца, точно так, как римская Лемурия, которая начиналась вечером 9 мая.

На юго-западе Северной Америки церемониальный календарь индейцев хопи включает праздник Поваму с «танцем горошин», которым почитают беспокойных духов, отвлекают их от причинения вреда детям во время обряда инициации. Танцующий актер известен как му-инь-ва, «создатель всей жизни». Белые линии, проведенные по тыльной стороне его рук и ног, означают цвет кожи.

Кароли пишет: «Индейцы хопи утверждают, что их предки пересекли Тихий океан после потопа, когда континенты были разорваны на части. Они путешествовали с острова на остров на тростниковых лодках, отмечая, что многие острова также затонули или сильно уменьшились в размерах. Некоторые племена индейцев пуэбло помнят «Хайваку» как древнюю прародину где-то в Тихом океане». Историю о древнем переселении до сих пор сохраняют члены клана «живущих на воде», чьи предки пересекли Великое Море с запада. На языке хопи клан «живущих на воде» известен как Паткинья-Му — очевидное обращение к затерянной Прародине.

По обе стороны Земли от Аризоны глава семьи проводил ритуал разбрасывания бобов в каждой комнате своего дома, чтобы умилостивить беспокойных духов (римская Лемурия и японский Обон). Церемониальные, а в некоторых случаях и филологические соответствия между праздниками Waihuikala на Гавайях, Обон в Японии, Хориому в Меланезии, Ши-Му в Китае, Пука-Му-ни в Австралии, Поваму у индейцев хопи и Лемурии в Древнем Риме не могут быть случайными и свидетельствуют о существовании внешнего источника, независимо повлиявшего на возникновение всех этих обычаев.

На далеком острове Тонга период Лихамуи соответствовал маю — месяцу, когда древние римляне отмечали Лемурию в память об усопших. Почти по всей Полинезии божественным стражем мертвых был Лиму, который жил в великолепном царстве на дне океана. На островах Ха'апаи его дворец до сих пор известен как Лиму.

На другом конце света, задолго до того, как римляне начали отмечать праздник Лемурии, появился культ Ду-музи — старейшего умирающего и воскресающего божества, задавший для других религий схему воскрешения богов от Осириса до Христа. Древнешумерский Ду-музи известен в еврейских священных писаниях под именем Таммуза. Как и лемурийское Древо Жизни, финиковая пальма Думузи считалась священным деревом в Шумере в IV тысячелетии до н. э. Думузи, первоначально имевший женский облик, как и большинство мифических олицетворений Прародины, впоследствии сочетал в себе мужские и женские черты, а потом приобрел чисто мужские качества. Его/ее роль как божества возрождения согласуется с появлением в Месопотамии выживших представителей цивилизации, погибшей после природной катастрофы в Тихом океане. Думузи предшествовала шумерская богиня водных глубин Намму, от которой происходили не только боги, но и все смертные существа. Дилмун, затерянный остров, откуда пришел Думузи, уже подразумевает лему-рийское происхождение, но его предыдущее название Му-Ати еще более красноречиво свидетельствует об этом.

Эти лемурийские темы в фундаментальных концепциях древней религиозной мысли имеют особенно важное значение, поскольку Шумер в конце концов до сих пор принято считать колыбелью старейшей цивилизации на Земле. Иными словами, следы пропавшего континента встречаются не только в этой якобы первой высокой культуре, но и в самих ее истоках.

В конце IV тысячелетия до н. э. шумеры поклонялись божествам Лахаму и Лахму. Эта небесная пара считалась Божествами Творения, первыми богами, детьми Тиамат, «Горького Океана». В то же время в долине Нила старейшим божественным творцом был Тему, «создатель богов и людей». Как у Лахаму и Лахму, его дом находился в море, однажды он наслал Великий Потоп, который почти стер с лица Земли предыдущее человечество. В храмовой живописи Тему изображали в двойной короне, которая обозначала его как прародителя династической цивилизации и подразумевала, что Египет был основан носителями культуры с континента Му. Ученые жрецы Ану, известного грекам как Гелиополь, почитали Тему как главное божество Египта. Название Гелиополь, «Город Солнца», напоминает о солнечной религии Лемурии.

Лемурийское влияние в Африке не ограничивалось Египтом. Верховным божеством племени буганда в Уганде был Му-Каса. Его святилище, запретное для всех, кроме вождя племени, находилось на священном острове Бубембс на озере Виктория, в подражание изначальной родине божества, исчезнувшей в водах Великого Потопа. Другой угандийский бог, Му-Гизи, был хранителем озера Альберт у племени буниоро. К его собрату, бессмертному Му-Нуме, взывали во время засухи или наводнения. У суахили в Восточной Африке Му-Лунгу был Богом Творения, вдохнувшим душу во все живое. В Южной Африке Му-Джаджи до сих пор богиня разрушительных бурь, напоминающих о катастрофе, постигшей ее древнюю прародину. Она составила родословную смертных цариц, хранительниц секрета вечной жизни Му-Джаджи. Ее культ — в основе знаменитого романа «Она» Г. Рай дера Хаггарда.

На другой стороне континента, в Западной Африке, Му-Со Корон и — «чистая женщина с целомудренной душой» для туземцев Мали. Будучи «матерью жизни», она приобщила человечество к сельскому хозяйству. Ее суп-рут солнечный бог Пемба принимает облик Древа Жизни — еще одного лемурийского символа, встречающегося по всему миру.

Даже пигмеи из Центральной Африки рассказывают о Му-race, который в древности правил райской страной на далеком востоке, где были созданы первые люди. Из-за их непослушания поднялась сильная буря, Му-гаса отбыл со своей родины, не дожидаясь ее окончательного уничтожения, а потом, невидимый, поселился среди пигмеев.

На окраине лемурийской сферы культурного влияния исчезнувший народ, который помнят как редин туземцы Мальдивских островов в Индийском океане, оставил обширные руины и названия, которые ассоциируются с погибшей Прародиной. Народ редин чтил богиню-мать Хам-Му-Мата, до сих пор известную бхилам, племенам в западной Индии. Это был народ мореплавателей и строителей, людей голубоглазых, с рыжими волосами, прямыми носами, в чем убедились гости из Америки в 1980 году, когда местные жители в своем приветствии назвали их редин. И теперь у некоторых жителей мальдивского острова Баара порой проявляются черты, схожие с теми, что отличали их доисторических предшественников.

Современные мальдивские моряки до сих пор чтут народ редин, когда кладут пару лимонов на корме своих каноэ, отплывающих в море. Делается это в память о сострадании, выказанном древними жителями к маленькому беглецу, которого они обнаружили на борту одного из своих судов. Вместо того чтобы наказать его за попытку бегства с острова, они накормили мальчика фруктами. Сохранение этой традиции в течение тысячелетий доказывает, что народ редин не принадлежит к категории духов или сказочных существ; их по-прежнему считают настоящими людьми, хотя давно исчезнувшими.

Самая большая хавитта (пирамидальный курган из земли и камня) на Мальдивах находится на острове Ламу. Он окружен другими островами, где встречаются древние руины; считается, что здесь было первое поселение народа редин, но сначало пионеры высадились на острове Утиму. На соседнем острове Гаму были обнаружены многочисленные предметы, украшенные солнечными символами, видимо, редин понимали и ценили важное положение Мальдив в центре экваториального пояса. Культ редин предположительно был основан на священном пламени. Фактически все их хавитты были ориентированы на восток, пологий скат поднимался по западной стороне до вершины. Преклонение перед Солнцем очевидно в названии другого острова, имевшего большое значение для редин: Расгетиму. В нем сочетаются египетское слово, обозначающее Солнце (Ра), которое встречается по всей Полинезии, и название затонувшей тихоокеанской Прародины (Му). На мальдивском языке оивехи слово rasage, «царь», по всей видимости, произошло от редин, чьи монархи возводили свою родословную к солнечному богу, точно так Черчвард говорил о солнечном происхождении лему-рийских царей в Ра-Му.

Другая языковая параллель предполагает, что редин заложили основы цивилизации на субконтиненте более 5000 лет назад. Слово ЬагаЪаго, на языке оивехи «добрый» или «прекрасный», имеет точно такое значение на языке урду, происходящем от утраченного индоарий-ского диалекта, на котором говорили в долине Инда в IV и III тысячелетии до н. э. Согласно индуистскому мифу, матерью богов была Ит-Му — не индоарийское имя, корни которого ведут в долину Инда IV тысячелетия до н. э. Выводы, которые следуют из этих сравнений, подкрепляются материальными доказательствами. Уникальная красно-черная мозаичная бусина, найденная в ха-витте на мальдивском острове Миланду, полностью идентична бусинам, обнаруженным в портовом городе Лотхал в долине Инда, где археологи раскопали мастерскую по изготовлению бус и других украшений. Эти лингвистические и рукотворные свидетельства указывают на редин как строителей первых великих городов Индии: Хараппы и Мохенджо-Даро.

Если они действительно основали цивилизацию в долине Инда, черты сходства между ее письменностью и ронго-ронго с острова Пасхи становятся еще более понятными. В главе 2 эти соответствия объяснялись прибытием на субконтинент и в восточную часть Тихого океана миссионеров из Лемурии, которые насадили свою письменность в двух далеко отстоящих друг от друга местах. Лишь опытные мореходы могли разносить такие знания по всему миру. Их наследие осталось в названиях мест, терминах, артефактах и археологических памятниках на Мальдивах и в долине Инда. Редин и лемурийцы были одними и теми же носителями культуры, которые передали мудрость своего погибшего царства на Восток (Рапа Нуи) и на запад (доисторическая Индия).

Они также были известны как руты, утверждал французский ученый Луи Жаколио, который провел большую часть жизни (с 1837 по 1890 год), изучая храмовые записи Древней Индии. Исследователь с удивлением обнаружил, что санскрит не был старейшим языком на субконтиненте; ему предшествовал более ранний, известный как сан cap. Его соотечественнику, аббату Ле-люку, путешествовавшему по Тибету в 1845 г., показали знаки языка сансар, высеченные на листьях искусно сделанного дерева, хранящегося в монастыре Кунбун в Синфау на границе с Китаем. Монахи утверждали, что символы принадлежат письменному языку рутов, исповедовавших культ Солнца в великом островном царстве далеко за Восточным морем, затонувшим после жуткой катастрофы.

Отправившись в Тибет по стопам аббата Лелюка, Жаколио обнаружил упоминание о рутах в древней индуистской литературе, где их затонувший дом назывался «прародиной, источником цивилизации», первоначально расположенной в одном лунном месяце плавания на восток от Бирмы. Оба открытия были до некоторой степени подтверждены в начале 1980-х годов, когда президент общества World Explorer Дэвид Хатчер Чайлдрес нашел упоминание о рутах в другом тибетском монастыре, возле деревни Пурна. Именно там монах по имени Пхуктал Гомпа рассказал ему о школе мистиков, которые в давние времена спаслись после гибели своей страны и нашли убежище в Гималаях.

Хотя ни один из французов не упоминал названия Прародины, искусственное дерево со знаками языка сансар на листьях, которое видел Лелюк в монастыре Кунбун, напоминает Древо Жизни, которое, по мнению полковника Черчварда, символизировало Му, что подтверждается полинезийскими устными преданиями и китайскими мифами. В «Хуайнань-цзы», собрании космологических текстов Древнего Китая, описано дерево Руо-Мо, аналог Фу Сан Му, священной шелковицы, ассоциировавшейся с очищающим Солнцем в первозданную эпоху, что напоминает о лемурийском солнечном культе. Дерево Руо Му стояло к западу от оси мира в Цзянь Му, где духи пришли на Землю. Как извесгно, римская Лемурия, меланезийская Хориому и Поваму индейцев хопи ассоциировались с прохождением духов. Вместе Фу Сан Му, Цзян Му и Руо Му обозначали прохождение Солнца с востока на запад, очерчивавшее необъятные просторы Прародины. В 1879 г. Жаколио опубликовал труд под названием Histoire de vierges: Les Peuples et les continents disparus, где писал:

«Одна из самых древних индийских легенд сохранилась в устной и письменной храмовой традиции, она повествует о том, что несколько сотен тысяч лет назад в Тихом океане существовал огромный континент, который был разрушен геологическим катаклизмом, его фрагменты можно найти на Мадагаскаре, Цейлоне, Суматре, Яве, Борнео и главных островах Полинезии. Брахманы говорят, что эта страна достигла высокого уровня цивилизации, полуостров Индостан, увеличившийся из-за смещения вод во время великой катастрофы, лишь продолжил цепь обычаев, зародившихся в этом месте. Руты были народом, населявшим огромный тихоокеанский континент, от их языка произошел индийский санскрит».

«Руты, о которых пишет Жаколио, принесли в Индию веру брахманов, когда бежали со своей затонувшей прародины, чья гибель привела к поднятию Индийского субконтинента из глубин океана. Предки арийцев пришли не с севера, как утверждают консервативные археологи, но из затерянной земли рутов», — отмечает Кароли. Одним из источников, снабдивших Жаколио информацией о доисторической земле рутов, была «Сурья Сидд-ханта», которая, согласно профессору Г.Т. Колбруку, является «самым древним астрономическим трактатом в Индии. Принц Майя [Асура Майя, автор трактата] получил свои знания от частичной инкарнации Солнца». Он говорит не об одной, а о двух допотопных цивилизациях. Это были Сака Двипа, которую Уильям Д. Уитни, профессор санскрита в Йельском университете, в 1854 году отождествлял с платоновской Атлантидой, и Рута, Лемурия.

Взаимосвязи между рутами и Лемурией обнаружены по разные стороны Тихого океана. В мифе мангаи Ру был богом Авиаки, подводного дворца мертвых, создателем острова в центре мира, Ранге-мотия — еще одно название затонувшей цивилизации. Форнандер исследовал «полинезийскую легенду с Райятеа, одного из островов Содружества, где говорится, что потоп наступил из-за гнева верховного морского бога Руа-Хаку». В дохристианской Новой Зеландии сам потоп назывался Те-тай-о-руа-тапи в честь героя Руа-Тапи. Он был легендарным мастером из Авиаки, который научил предков маори искусству резьбы по дереву. После затопления

Хайвики Руа поднял с морского дна острова Туамоту, Богиня Творения Руа-Папа подняла Таити. На островах Кука Руанге была «матерью племен». Все эти мифические ассоциации, отделенные друг от друга огромными расстояниями, обозначают разные территории древнего царства, с которым они имели много общего.

Естественно, учитывая расположение Лемурии, топонимов, включающих «му», в южных морях гораздо больше, чем в любом другом месте на Земле. Прародина давно погибла, но ее имя до сих пор эхом звучит над островами Тихого океана.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: TERRA INCOGNITA
СообщениеДобавлено: 07 мар 2011, 13:07 
Администратор
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 12 июн 2009, 00:05
Сообщения: 12173
ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

«СПЯЩИЙ ПРОРОК»









Многие считают Эдгара Кейси величайшим ясновидцем и пророком со времен апостольского откровения.

Брэд Штейгер





Его называли «спящем пророком». Это был гениальный провидец, выделяющийся среди всех остальных в нашу эпоху, изобилующую всевозможными пророчествами. Он был широко известен при жизни, стал еще более знаменит после смерти, последовавшей в середине XX века, особенно в новом тысячелетии. Причину этого нетрудно понять. Сорокалетняя история его подсознательных видений и пророчеств, особенно связанных со здоровьем, это большой массив медицинской информации, которую изучают больные по всему миру в поисках эффективных контрмер, позволяющих избежать хирургического вмешательства. Если оставить в стороне репутацию интуитивного целителя, его гораздо менее многочисленные высказывания о Лемурии —-вовсе не безумные выдумки, как полагают скептики, а вполне связные утверждения, которые хорошо согласуются с данными современной археологии и геологии. Более того, они проливают новый свет на людей, духовный мир и участь Лемурии, содержат сведения, не доступные из других источников. Независимо от того, признаем ли мы паранормальные психические способности известных или неизвестных людей, его характеристика событий, происходивших в Лемурии, весьма вероятна и полна откровений, если не рассматривать ее сквозь призму предрассудков.

Его звали Эдгар Кейси. Он родился в 1877 году в штате Кентукки, умер в Виргинии в 68 лет. На его счету тысячи продуктивных «жизненных интерпретаций», предположительно полученных из некоей духовной летописи, которую он, по собственному утверждению, мог читать, находясь в измененном состоянии осознания. Кейси предлагал средства для исцеления, находясь в глубоком трансе. Он не мог похвастаться образованием, и те или иные факты для него имели больше духовный, чем исторический или академический характер. Его понимание мира часто было библейским, а не схоластическим. Разумеется, гипотезы о существовании затонувшей цивилизации находились за рамками его сельского образования, христианского мировоззрения и даже интересов. Тем не менее почти через двадцать лет после начала практики он необъяснимым образом стал говорить о затонувших городах, хотя до этого никогда не упоминал о погибшей цивилизации. Выйдя из транса, он не знал практически ничего об Атлантиде, а тем более о Лемурии. Однако их внезапное появление в «жизненных интерпретациях» полностью согласовывалось с его врачебными советами.

В начале 1920-х годов при перечислении и описании причин разных недомоганий клиентов Кейси заявил, что их, казалось бы, необъяснимые проблемы со здоровьем таятся в подсознании, где сохранился осадок от негативного поведения, унаследованного из прошлых жизней в Атлантиде много лет назад. Их «дурная карма», не высвободившаяся во время катаклизма, передавалась через тысячи инкарнаций и проникала в нынешнюю их жизнь в виде комплексов вины, которые приводили к так называемым психологическим недомоганиям, а на самом деле — физическим рефлексам или реакциям на душевную боль. «Не может быть физического исцеления без духовного исцеления, потому что душа — престол нашего бытия», — часто повторял Кейси.

На протяжении более двадцати лет, после того как он впервые ошеломил своих клиентов описанием их предыдущих жизней в затонувшей столице, он продолжал обсуждать Атлантиду в сотнях «жизненных интерпретаций», и гораздо реже упоминал о Му или Лемурии. Когда его спрашивали, почему, он отвечал, что атланты вели себя недостойно и накопили огромный кармический долг, который нужно было выправить в ходе многочисленных реинкарнаций. Добродетельные лемурийцы, большей частью сохранившие душевную стойкость до конца, накопили меньший долг и, следовательно, были более свободны от очистительного круга рождений, смертей и возрождений.

Прославленный духовный целитель часто упоминал об Атлантиде, находясь в измененном состоянии сознания. Но его описание погибшей цивилизации было предназначено не для исторических целей, а скорее для объяснения поведения человека в прошлой жизни. Важные этические решения, принятые в древности, повлияли на последующие инкарнации каждой души в ее развитии, вплоть до настоящего времени, отмечал Эдгар Кейси. Он верил, что жизненные обстоятельства людей, обращавшихся к нему за советом в начале XX века, иногда имели кармические корни в доисторическом прошлом. Кейси интересовался главным образом Атлантидой лишь потому, что это проливало свет на духовность его клиентов. А поскольку считалось, что атланты были нравственно распущенными людьми, большая часть его «жизненных интерпретаций» касалась мужчин и женщин, которые очень давно жили в обреченном океаническом царстве.

Он обнаружил гораздо меньше людей с лемурийскими корнями, поскольку в тихоокеанской Прародине отсутствовали меркантильность и войны, характеризовавшие Атлантиду, ее более мирные жители не имели кармических долгов, за которые приходилось расплачиваться в следующих воплощениях. Однако то, что он говорил о Лемурии, проливало новый свет на историю погибшего царства. Помимо психических или кармических соображений, видения Кейси, связанные с Му, Лемурией, не просто допустимы, в них часто содержится информация, практически не имевшая смысла в то время, когда она была заявлена, но с тех пор подтвержденная во многом геологическими и археологическими открытиями.

Например, его описание забытой цивилизации, процветавшей на территории нынешней пустыни Гоби много тысячелетий назад, созданной «теми, кто пришел из земли Му» (1273 — 1 М.40 10/16/36). По словам Кейси, условия жизни там были совсем не похожи на нынешнюю враждебную для человека обстановку, они начали стремительно ухудшаться сразу после Великого Потопа. Вспоминая о лемурийском Эдеме, он говорил о «первых проявлениях Адамова влияния, которое пришло в Азию и на Ближний Восток через место, ныне известное как земля Гоби» (1210—1 М.54 6/29/36).

В середине 1930-х годов, когда Кейси сделал это заявление, немногие понимали, о чем он говорит. Одним из них был Джеймс Черчвард, чьи сочинения о тихоокеанской Прародине недавно были опубликованы в нескольких томах. В первой книге — «Затерянный континент Му» — он подчеркивает, что «во времена Уйгурской империи пустыня Гоби была очень плодородной». Уйгурская империя — главное колониальное владение Лемурии во времена «библейского потопа, который уничтожил ее восточную половину. Позже уйгуры проникли в Европу через западное и северное побережья Каспийского моря, как сказано в весьма старом индуистском тексте; оттуда они прошли через Центральную Европу».

При жизни Кейси и Черчварда и еще долгое время после их смерти профессиональные геологи и археологи почти неизменно высмеивали подобные заявления. Считалось, что Гоби всегда была огромной пустошью, а не «очень плодородной землей», о которой говорил полковник. Существовали разрозненные записи об «Уйгурском царстве» во Внутренней Азии, относившиеся к XII веку, но не ранее. Ныне уйгуры — оседлые сельские жители северо-западного Китая; главный источник пищи для них — гаолян, разновидность сорго. По мнению Руди Эверманна, специалиста по истории пустыни Гоби, «по-видимому, не существует прямой связи между средневековым народом и теми, кто сейчас носит это название». Влияние уйгуров на историю Европы казалось абсурдным, вместо этого ученые приняли теорию о европейском влиянии на Восток, несмотря на явные противоречия.

Однако в 1962 году были обнаружены многочисленные геологические свидетельства, доказывающие, что регион Гоби за последние несколько миллионов лет испытывал чередование продолжительных периодов плодородия и засухи. Самые недавние перемены произошли в конце эпохи плейстоцена (12 000 лет назад) и на исходе IV тысячелетия до н. э. Еще 3000 лет назад пастухи выгоняли стада овец там, где сегодня до горизонта простирается океан песка. Еще большим потрясением для традиционной науки стали найденные в Центральной Азии останки светлокожего, рыжеволосого мужчины. Прекрасно сохранившиеся благодаря естественной мумификации в условиях пустыни Такла-Макан, они были датированы примерно 8000 г. до н. э., за несколько тысячелетий до прибытия первых китайцев.

Вскоре было обнаружено много останков светлокожих мужчин, женщин и детей — более 500 только в уйгурских районах Урумчи и Тарима. Их счет увеличился в начале XXI века, в 2004 году, когда китайские археологи, работавшие в восточном Гоби, вскрыли кладбище, где сохранились несколько сотен европеоидных мумий. Исследователей особенно поразила их одежда, сохранившаяся на многих телах. Они были в фетровых рубашках тонкой работы, хорошо подогнанных штанах и кожаных куртках, юбках с вышивкой и с красивыми поясами, шелковыми шарфами и на ногах — башмаки или легкие туфли из оленьей кожи.

Эти образцы мастерски изготовленной одежды заставляют по-новому взглянуть на высказывания Черчварда, сделанные пятьдесят лет назад: «Уйгуры достигли высокого уровня культуры и цивилизации: они знали астрологию, рудное дело, текстильную промышленность, архитектуру, математику, сельское хозяйство, медицину, имели письменность и так далее. Они были специалистами по декоративной шелкографии, обработке дерева и металлов, изготавливали золотые, серебряные, бронзовые и глиняные статуи. Все это было еще до того, как началась история Египта». Археологи проследили распространение некоторых стилей и узоров одежды мумий из Урумчи до Центральной Европы — как предполагал Черчвард несколько десятилетий назад.

«История уйгуров — это история арийцев», ----- подчеркивал Черчвард, предугадывая открытие древних европеоидов в северо-западном Китае, именно там, где Кейси говорил об «Адамовой» цивилизации в «земле Гоби».


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: TERRA INCOGNITA
СообщениеДобавлено: 08 мар 2011, 14:19 
Администратор
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 12 июн 2009, 00:05
Сообщения: 12173
В моей первой книге о «спящем пророке» — «Атлантида и Лемурия Эдгара Кейси» — его высказывания о затонувших цивилизациях сопоставлялись с археологическими и океанографическими находками, сделанными после его смерти в 1945 году и подтверждавшими точность его описаний. В попытке прийти к убедительному компромиссу между наукой и парапсихологией, я пришел к выводу, что его сознательные поступки в состоянии транса были неопределенны. Его видения были сродни ярким снам, когда спящий после пробуждения может вспомнить множество подробностей, но его ощущение времени неизменно оказывается туманным. Во сне осознанные движения из нашего знакомого мира переходят в сумеречную зону безвременья. В конце концов, Кейси не зря называли «спящим пророком», и если физическое описание затерянных царств выглядело правдоподобно, оно было ненадежным с точки зрения хронологии.

Некоторые читатели книги «Атлантида и Лемурия Эдгара Кейси» настаивали, что его откровения следует понимать дословно, возражали против моего предположения, что эти цивилизации достигли расцвета не сотни тысяч лет назад, а в позднем бронзовом веке, около 1500 г. до н. э. Однако более внимательное изучение его высказываний показывает, что его понятие времени было неопределенным.





Шестнадцатого февраля 1932 года Кейси сказал: «Лемурия начала исчезать еще до Атлантиды... 10 700 световых лет, или земных лет от нынешнего времени по исчислению Амилия или Адама» (364-—4). Мог ли он действительно иметь в виду световые годы в том смысле, в каком мы понимаем скорость света? «За 10 500 световых лет от настоящего времени» означает, что Лемурия существовала более 63 000 триллионов лет назад, то есть задолго до возникновения Вселенной. Можно лишь гадать, какой календарь был известен Адаму. И что значит «земных лет»? Нашему солнечному календарю менее 2000 лет. Во времена Древнего Рима и до этого разные культуры пользовались многими, часто сильно отличающимися друг от друга календарными системами, основанными на фазах Луны, вращении звезд, появлении определенных созвездий, Зодиаке, количестве царских поколений, основании городов, природных явлениях и так далее.

Каким бы ни было представление о времени Эдгара Кейси, когда он находился в бессознательном состоянии, это не имело ничего общего с теми годами, которыми мы исчисляем время в XXI веке. Ясно, что он пытался описать подлинную хронологию Лемурии, но сама природа того измерения, в котором находилось его сознание, мешала ему сделать это. Следует помнить, что он представлял мир и течение времени не из перспективы повседневной жизни, но через увеличительное стекло иного мира, в состоянии глубокого транса. Ему было очень трудно объяснить свои видения другим смертным, не наделенным такими же способностями, поскольку в их жизненном опыте не было ничего, с чем они могли бы сравнить это.

Хотя хронология Кейси остается неясной, его краткие упоминания о Лемурии гораздо менее двусмысленны и более убедительны. Вот первое его высказывание о затерянной Прародине, когда он коснулся темы Лемурии в своем пространном ответе на вопрос, связанный с географическими и геологическими условиями на

Земле при возникновении рода Homo sapiens sapiens. «Андийское, или Тихоокеанское, побережье Южной Америки тогда занимала крайняя западная оконечность Лемурии», — сказал он. Через 60 лет после этого Калифорнийский океанографический институт выпустил карты с результатами последних открытий в исследованиях морского дна. На одной из них подробно изображен хребет Наска длиной более 200 миль — бывшая сухопутная перемычка, некогда соединявшая перуанское побережье в районе Маски с затонувшим архипелагом. Тот факт, что в 1932 г. Кейси определил подводную черту рельефа, не известную науке до 1990-х годов, — веское свидетельство существования Лемурии.

Его первое упоминание о тихоокеанской цивилизации через девять месяцев после пророчества о еще не открытом хребте Наска касается начала ее падения. «Часть Лемурии начала исчезать» 10 700 лет назад, заявил он. Это совпадает с заключительными моментами последней ледниковой эпохи, когда таяние ледников привело к резкому повышению уровня Мирового океана, затопившего прибрежные регионы и обширные низменные территории по всему миру. Культура Лемурии пережила эту катастрофу и процветала еще долго после того, как некоторые земли ушли под воду. Археологические свидетельства подтверждают приблизительную дату этого наводнения.

Одновременно с резким подъемом уровня моря наблюдается внезапное появление изощренной культуры Дземон в Японии и затопление ритуальной структуры Йонагуни. Эти два очевидных последствия окончания ледниковой эпохи подразумевают, что беженцы из Лемурии переселились в Йонагуни с крупных японских островов Хонсю и Хоккайдо. Кейси говорит, что после потопа лемурийцы предприняли дальние морские путешествия: во всяком случае, их миссионеры странствовали по всему миру и распространяли знания и культуру древней цивилизации. Кейси сообщал о строительстве ими храмов на Юкатане, о том, что представители Лемурии участвовали в церемонии открытия Великой Пирамиды в дельте Нила.

Эти и другие события приобрели большую выразительность благодаря именам мужчин и женщин, которые, по свидетельству Кейси, принимали участие в них. В «жизненной интерпретации» 1159—1 F.80 от 5 мая 1936 года он упоминал «жрицу Амулулу... которая пришла с запада как представительница Лемурии». Ее просветительская миссия в Перу способствовала формированию инкской цивилизации. Амулулу учила людей производству «металлов, посуды, тканой одежды, а также использованию всех этих вещей не только в жилищах, но также в местах развлечений или храмах».

Многие лемурийцы, упомянутые по имени, подобно Амулулу, принимали деятельное участие в создании цивилизации Южной Америки. Ом-Муом был одним из тех, кто трудился в Перу «в начале общения со многими другими землями» после первых геологических катаклизмов, угрожавших разрушить старый атланто-лему-рийский мир. В эпоху сейсмических потрясений тогда, как и сейчас, проявлялось все лучшее и самое плохое в человеческой натуре. Омулд и Оуму, по словам Кейси, были современниками Ом-Муома, потерявшими мужество во время перуанского миссионерства. Улму потерял нечто большее — жизнь, пытаясь спасти других от природных катастроф, осаждавших Южную Америку и большую часть остального мира.

По свидетельству Кейси, духовное величие лемурий-цев превосходило высший уровень паранормальных способностей, достигнутый в Атлантиде. Его слова подтверждаются многочисленными азиатскими, австралийскими, тихоокеанскими и американскими преданиями, рисующими Лемурию как затонувшую Прародину священной мудрости. Австралийские аборигены верят, что основы их культа «Времени сновидения» прибыли из «Земли совершенства», прежде чем она была поглощена морем. На островах Тонга и Фиджи помнят о затонувшем царстве Буроту, где жили могущественные жрецы, распространявшие секреты высшей магии. Индейцы племени чумашей из прибрежных районов Калифорнии верят, что предками их знахарей были миссионеры из Лемурии, в честь которых был назван один из прибрежных островов.

Большая часть записанных высказываний Кейси о пропавшем тихоокеанском царстве относится к судьбе жителей Лемурии в других частях света. 17 апреля 1936 года Эдгар Кейси рассказал о беженцах, которые спаслись от глобальной катастрофы и прибыли в «земли Зу» на Ближнем Востоке. Интересно, что Хар-Саг-Му был известен 5000 лет назад как «Му Горного Хребта», где шумерский небесный бог Зу поселился после того, как устроил чудовищное бедствие. В более позднем вавилонском варианте, сохранившемся в ассирийской библиотеке Ашшурбанипала, Зу украл Таблицы Судьбы у других богов и принес их в Хар-Саг-Му. Его превращение в хищную птицу для схватки со змеей, охраняющей таблицы, многократно воспроизводится в эмблеме орла, сражающегося со змеей, от греческих Дельф и скандинавского Иггдрасиля до ацтекской Мексики и доко-лумбовой Колумбии.

Миф о Зу также ассоциируется с системой чакр, как духовный конфликт между змеем Кундолини, свивающим свои кольца у основания позвоночника, и орлом Гарудой, представляющим возвышенную коронную чакру. Миф подразумевает, что эта метафизическая концепция была доставлена прямо с небес в Хар-Саг-Му, священную гору на тихоокеанском острове Му. Кража

Таблиц Судьбы, где впервые описана йога Кундолини, имеет прямые ассоциации с западным мифом, в котором Прометей, брат Атласа, украл огонь у богов и подарил его человечеству. Этот «Прометеев огонь» аналогичен энергии Кундалини, греческий титан был приговорен к ежедневной пытке, когда прилетавший орел терзал его печень.

Кейси изображает жителей My как неутомимых путешественников, совершавших плавания главным образом в Перу, но также на Юкатан и юго-западное побережье Северной Америки, бывавших в долине Нила и даже в Атлантиде. По его словам, они отправлялись туда в основном для изучения наук, из которых он особо упоминает алхимию (274 —1 М.34 2/13/33). По всей видимости, лемурийцы кое-что оставили после себя, их религиозные идеи приобрели сторонников среди духовно разделенных атлантов (1273 —1 М.40 10/16/36).

До своей окончательной гибели Атлантида претерпела четыре природных катастрофы, каждая из которых порождала волны миграции в другие части света. Выжившие во всех этих бедствиях, кроме последнего, иногда искали убежища в тихоокеанском царстве, возможно, потому, что оно находилось далеко от геологических потрясений в Атлантике или из-за древних родственных уз общей духовности с миролюбивыми лему-рийцами. Воспроизводя прошлую жизнь одного из своих клиентов как беженца из Атлантиды во время одного из таких потрясений, Кейси заметил: «Он был одним из последних, кто добрался до земли Му» (557—2 F.52 5/23/34).

По крайней мере, в нескольких случаях можно наблюдать более чем сердечные отношения между этими двумя океаническими цивилизациями, далеко отстоявшими друг от друга. Кейси упоминает о полулемурийце, полуатланте по имени Муфути (2850—1 М.18 11/14/42) и о духовном советнике в Атлантиде по имени Мугло (2454—3 F.43 7/15/42). Он также называет атлантического правителя на Юкатане с явно лемурийским именем Зуруму (1632—3 F.38 8/9/38). Эти составные атланто-лемурийские имена дополняются несомненно атлантическими топонимами и именами древних героев или богов, существовавших в многочисленных островных культурах тихоокеанского кольца.

В начале династической истории Египта по меньшей мере два важных божества были отмечены печатью лемурийского происхождения. Археолог Энтони Меркатанте описывает Тему как «старейшего из Богов Творения в египетской мифологии». Тему был подводным божеством, обитавшим в созданном им океане. Сила его мысли сотворила небеса, животных, растения, смертных людей и самих богов, которые были проявлениями его воли. Дело его рук — катастрофический потоп, который в глубокой древности покрыл всю планету и практически уничтожил жизнь на ее поверхности, сделав исключение для нескольких добродетельных мужчин и женщин, которые присоединились к богам в «солнечной ладье». Высадившись в дельте Нила, они заново основали цивилизацию. Кстати, древние египтяне называли океан Му. Кроме очевидного имени Тему, его миф говорит о прибытии в Египет людей из Лемурии, переживающей несколько крупных затоплений. Во времена следующей династии его имя изменилось вследствие крупномасштабной иммиграции из Атлантиды, с тех пор он был известен как Атму.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Показать сообщения за:  Поле сортировки  
Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 39 ]  На страницу Пред.  1, 2, 3  След.

Часовой пояс: UTC + 3 часа


Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1


Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете добавлять вложения

Найти:
Перейти:  
cron
Powered by phpBB © 2000, 2002, 2005, 2007 phpBB Group
Русская поддержка phpBB


Подписаться на рассылку
"Вознесение"
|
Рассылки Subscribe.Ru
Галактика
Подписаться письмом